– Ну и какова твоя цель, Лихач? – с горчинкой иронии пробормотала Лариса, рассматривая собственные пальцы. – Снова замуж позовёшь?
– Далась мне такая своенравная зануда, – навозмутимо отчеканил Лихач, уплетая мясо. – Все вы одинаковые. Лучше уж останусь навек одиноким.
– Но не просто же так ты меня позвал сюда?
– Я лишь хочу ответить на твой вопрос, – пояснил Лихач. – Потому что вижу, как ты мучаешься. Возможно, мне придётся заплатить за вольность слишком большую цену, но, надеюсь, мне удастся безболезненно прояснить некоторые моменты.
– Так ты знаешь, где Нери? – Лариса так устала, что в её голосе уже не слышалось энтузиазма.
Лихач беззвучно кивнул. Казалось, что этот жест на несколько секунд замедлил течение времени. По крайней мере, для Ларисы – точно. Она замерла, не в состоянии выдавить ни слова. Всё, над чем она так долго думала, находилось на расстоянии пятидесяти несчастных сантиметров. Всё оказалось проще простого!
– Я расскажу тебе одну историю, Лариса, – снова заговорил Лихач, и Лариса поняла: начинается самое главное. – Сказку про парня с добрым сердцем, которому вечно больше всех было нужно и который верил в чудеса. Помни, что это всего лишь сказка. Фантастическая история, наподобие тех, что пишет твой любимый автор. Но выноси из неё уроки. Ты даже не представляешь, насколько они будут важны и информативны для тебя. Всё поняла?
Ларисе ничего не оставалось делать, как кивнуть, согласившись. Лихач, наверняка, хочет успокоить её, но что-то в его голосе сеяло зёрна сомнения, заставляя сердце вздрагивать полувздохами и трепыхаться.
– Парня этого звали Тео, – начал Лихач сдавленно.
– Тео? – отозвалась Лариса. – То есть, как…
– В Иммортеле множество парней носит это имя, – подчеркнул Лихач. – А теперь слушай. Новая весна распахнула городу объятия. Мешковина неба истончилась и поднялась…
3 марта 2326 года
Чёрная пасть тоннеля оскалилась отсветами неоновых табло. Ровный стук колёс стих в бездне мрака, и зал укрыла упругая перина тишины. Зеркала колонн отражали множащуюся пустоту, преобразуя её в бесконечность. Густой воздух отдавал резиной и металлической окалиной.
– Спасти? – Тео снова посмотрел на странную незнакомку. – Тебе кто-то угрожает?
Незнакомка мотнула головой и ещё сильнее сжала пальцы. Ладонь намокла от пота. Мышцы зашлись остекленелой судорогой.
Тео испуганно оглянулся. Если таинственная гостья – всего лишь глюк, вызванный диссоциацией, его поведение должно выглядеть как минимум странно. Но он никак не мог оценить достоверность своей теории: за пару минут станция практически опустела. Лишь у противоположной платформы отбивал кроссовкой ритм юноша лет восемнадцати, да бездомный мужчина похрапывал на полу снаружи от турникетов.