Водила в ответ лишь кивнул и взял левее, пробираясь к своей новой цели.
— Девушки, а вот и мы!
— Вы долго! — ответили те хором.
— Приносим свои извинения, — чуть поклонился я, улыбнувшись. После чего повернулся к неизвестным парням.
Переглянувшись, один из них развел руками:
— Извинения приносим. Думали, они шутят про парней. Что ж, не будем вам мешать.
Норма. Адекватные люди. А Райдон-то, вот ушлый тип, уже приводнился рядом с Мирой, пока я разбирался с конкурентами.
— Ну что ж, — сказал я, присаживаясь рядом с Тарой, — давайте знакомиться.
В следующий час мы хорошенько нахлобыстались. Еще через час перешли на обращение по именам и без суффиксов. За это время девушки раз пять уходили попудрить носик и, похоже, основательно перемыли нам косточки. А в конце третьего часа мне на ушко зашептала Тара:
— Синдзи, я знаю, что у тебя есть постоянная ВИП-комната. Как насчет помочь нашим друзьям понять друг друга получше?
Обняв девушку покрепче, я потянулся, незаметно оглядывая зал. Иида все так же сидел за барной стойкой, беседуя с какой-то женщиной. Глянув на нашу парочку, увидел лишь интимное перешептывание. Ну а что, почему бы и нет? Не думаю, что меня за такое закопают его родители. Вот если б я соблазнил его сестру или поспособствовал этому… А так, черт бы с ним.
— Ребята, мне надо отлучиться на пару минут. — А в ответ лишь мимолетные взгляды. М-да, пожалуй, действительно надо.
Подошел к барной стойке и примостился недалеко от Ииды, чтобы, значит, все слышал. Ну а что? Прикрываем хвосты. Если уж даже он меня не остановит, то тогда тем более пусть развлекаются.
— Привет, Шотганчик!
— Что, нализался, пьянь малолетняя? — пробасил тот в ответ.
— А разве по мне заметно?
— По тебе, как ни странно, нет. — Ну еще бы, с моим-то «контролем тела». — А вот по твоим товарищам — даже отсюда.
— Все мы пьяницы. Я ночной, ты дневной. Каждый отдыхает, когда может. Кстати, по поводу отдыха. А не найдется ли у тебя ключей от пары ВИП-комнат?
Да, да. У меня тоже есть планы.
Повозившись под стойкой, Хонда достал пару ключ-карт, с номерами пять и шесть.
— Одумайся, развратник, — сказал он, кладя их передо мной. — Тебе ж всего шестнадцать.
— Им пофиг, а ты не завидуй. Лучше отпуск возьми.
Шотган аж надулся от возмущения:
— И на кого я клуб оставлю, а? Хочешь, чтобы он тут развалился, пока меня нет?!
— Хм, это да. Ну тогда забацай мне два фирменных, клубный раб.
— Все-то тебе хиханьки да хаханьки, — бурчал и бурчал Хонда, делая коктейли.
У меня всегда появлялось ощущение некоего диссонанса, когда я смотрел, как он работает. Все-таки кряжистая комплекция Шотгана у меня никак не ассоциировалась с классным барменом, коим он и был.