— Его Светлость дома? Передайте пожалуйста, что лейтенант полиции Ажан просит принять…
Эту ахинею слуга даже не дослушал, просто захлопнув дверь перед лицом наглеца. Скажите пожалуйста, полицейский. Еще беспокоить господина из-за него!
— Кто там, Жакоб? — раздался сверху голос маркиза.
— Да полицейский хам, не беспокойтесь, Ваша Светлость, я его уже выгнал. Чуть попозже я сам в полицию сбегаю, объясню кому надо, чтобы гнали дурака взашей!
— Полицейский? Кто именно? — неожиданно встревожился господин.
— Какой-то Ажан. Да Вы его видели — он недавно с господином Транкавелем приходил.
— Идиот!
Де Фронсак бросился к выходу, выбежал на улицу — пусто! И что делать? Маркизу бежать за простолюдином? Вот сплетни-то по Парижу пойдут. Нет, побегут, понесутся!
— Значит так, Жакоб, если через час этот полицейский не будет стоять здесь, у тебя будут большие неприятности. Я понятно намекнул?
Прокол, однако. Первый за много лет. А господин их ой как не любит. Потому… Немолодой слуга рванул на улицу с резвостью юноши, еще не очень понимая, где искать, но твердо зная, что найти надо.
К счастью, пара ушла недалеко. Успел.
— Ваша Светлость, представляюсь по возвращении. Надеюсь, мое отсутствие не доставило Вам проблем? — вскинув руку в воинском приветствии, доложил Ажан.
— Папа, кто это? — не дав возможности маркизу ответить, встряла в разговор сбежавшая со второго этажа Мили.
Задорный взгляд, румяные щечки, беззаботная улыбка — просто прелесть девушка!
— Ой, я Вас вспомнила! Вы были у нас с виконтом Транкавелем и просидели все время таким букой! Вы всегда такой хмурый? А кто это с Вами? А почему не представили? Вы еще и невоспитанный? — обрушилась она на гостей.
— Прошу прощения, господа, — смутился Жан. — Позвольте представить, моя супруга, мадам Ажан.
— Мадам Ажа-ан, — разочарованно протянула Мили и вопросительно посмотрела на отца. Мол, кого это ты, батюшка, в нашем доме принимаешь?
— Да, господа… — начал де Фронсак.
— Господа! — язвительно фыркнув, Мили демонстративно резко отвернулась.
— Прошу за мной, — закончил он, окончательно стушевавшись.
— Разумеется, маркиз, — ответила за мужа Сусанна.
От этих слов Мили замерла, а ее отец вскинул возмущенный взгляд. Так обращаться к нему могли только дворяне не ниже барона! Для остальных он Ваша Светлость, в крайнем случае, господин маркиз и никак иначе.
— Лейтенант, при всем уважении, я просил бы Вас при случае объяснить Вашей уважаемой супруге правила этикета, — сухим голосом произнес де Фронсак.
— Ой, да ладно, — кокетливо отмахнулась Сусанна. — Что-то я не помню, чтобы год назад, когда Вы к батюшке приезжали, Вас это так сильно возмущало.