Противно.
Первой мыслью Эльмарис было отвернуться. Вырваться. Убежать.
Но она не могла пошевелиться. Стояла все на том же месте, вытянув руки вдоль тела, и даже дышать боялась. А лорд Экрос продолжал ее целовать. Язык вот свой в рот засунул. Мерзко. До чего же мерзко-то было.
— Идем, — он отстранился и легонько подтолкнул Эльмарис в спину по направлению к кровати. — Устраивайся.
Эльмарис на кровать улеглась. Вытянулась поверх одеяла, как было велено. И глаз с лорда не сводила. Следила за каждым его движением с какой-то болезненной потребностью. Казалось, что если она хоть на миг отвернется, то случится что-нибудь. И обязательно дурное.
А лорд Экрос был хорош. Высокий, широкоплечий. Не юнец уж, но и до старости ему еще далеко было. Мужчина. Настоящий. И красив. Кудри золотые по плечам рассыпались шелковым покрывалом, глаза ясные, точно вода родниковая горят огнем, от которого у Эльмарис внутри все сжимается, кожа вот бледная на теле, точно рыбье брюшко, и это некрасиво. Вот совсем. И стыдно стало. Вот просто до слез стыдно, что лежит она тут перед мужчиной почти незнакомым, обнаженная и даже прикрыться не может, потому что руки не слушаются.
И ведь понимает, что происходящее, на самом-то деле ненормально. Что нельзя вот так… но и сделать ничего-то не может. Держит ее что-то, не отпускает. Не позволяет снова взять власть над телом собственным. Высказать лорду этому все, что думает о нем и его приставаниях.
Сказочный образ лорда Экроса распался точно замок из песка. И Эльмарис, отстраненно наблюдая за мужчиной, который принялся раздеваться, не могла понять, что же она в нем нашла такого, что почти неделю вздыхала тайно и мечтала… вот об этом самом и мечтала. Правда в мечтах своих она все совершенно иначе представляла.
Свадьбу. И платье… обязательно цветами и кружевами украшенное. И гостей, много. И чтобы тетя Сайрин тоже была, и Арий и… вот про Лерса она как-то не думала тогда, а теперь вспомнила и так больно вдруг стало. Внутри. И снаружи вот тоже. Руку словно бы огнем обожгло, боль эта проникла внутрь, до самого сердца достала, и Эльмарис вскрикнула, дернулась в сторону от лорда, который уже разоблачиться успел и на кровать примостился, ладонь свою на грудь девичью опустил, сжал… да больно так.
Слезы на глазах выступили. Эльмарис вскрикнула снова, еще раз дернулась, стремясь отстраниться, избежать прикосновений мерзостных, и в этот момент дверь распахнулась.