Или даже вот, оттуда же:
"Такая организация следствия, при которой показания обвиняемого оказываются главными и — еще хуже — единственными устоями всего следствия, способна поставить под удар все дело".
Все это как-то плохо вяжется с декларированным тезисом, не находите?
Но может быть это только теория, а на практике, выступая на судебных процессах, Андрей Януарьевич строил обвинения на выбитых следователями признаниях?
Обращаемся к сборнику А.Я. Вышинского «Судебные речи» (4-е изд., М., 1955) и что мы там видим?
Да все то же самое его любимое выражение:
«…Мы имеем перед собой такой факт, как собственное признание ряда людей. Это могло бы освободить в иных случаях вообще от исследования каких бы то ни было других доказательств. Мы знаем, что по процессуальному праву и любого капиталистического государства, и в частности по процессуальному праву Англии, одно только сознание обвиняемого перед судом даёт право суду не производить никакого судебного следствия. … Но в буржуазном праве этот принцип — не случаен. В буржуазных странах продолжает царить старое средневековое представление о значении и качестве доказательств, среди которых личное сознание обвиняемого считалось лучшим, считалось «царицей всех доказательств».
Возникает резонный вопрос — откуда же появился этот стереотип о Вышинском как лоббисте чистосердечного признания? Ведь эту псевдоцитату кто только не использовал…
"Председательствующий Вышинский вполне удовлетворен логикой главного обвинителя. Это же его главная идея — признание подсудимого и есть царица доказательств" (Л. Млечин. "КГБ. Председатели органов госбезопасности. Рассекреченные судьбы")."
Идеи Хозяина Вышинский научно изложил в своих многочисленных сочинениях. "Признание обвиняемого и есть царица доказательств" — так сформулировал он основной принцип судопроизводства страны социализма" (Э. Радзинский. "Сталин. Вся жизнь").
Вот только самую первую цитату обычно найти практически невозможно. Но в данном случае нам повезло — Дмитрий Куролесов в своей работе "Правда о сталинском прокуроре" все-таки докопался до корней этого мифа.
Фальшак про Вышинского и "царицу доказательств" — дитя XX съезда. И создали этой фейк — ирония судьбы! — для подтверждения вполне правдивого тезиса, который высказал Хрущев в своем знаменитом докладе:
«…А какие доказательства пускались в ход? Признания арестованных. И следователи добывали эти «признания». Но как можно получить от человека признание в преступлениях, которых он никогда не совершал? Только одним способом: применением физических методов воздействия, путем истязаний, лишения сознания, лишения рассудка, лишения человеческого достоинства. Так добывались мнимые «признания»…».