Долг жизни (Вендиг) - страница 27

— Конечно, — коротко кивает она.

— Как только вся эта кутерьма закончится и Хакс будет с нами, пожалуй, можно будет созвать наш Теневой совет и определить будущее Империи.

Теневой совет? Она даже не успевает задать вопрос — адмирал Ракс все понимает по ее лицу:

— Прошу прощения, разве я вам не говорил? Я собираю Теневой совет, который будет править Империей из-за кулис. В его состав войдут лишь самые лучшие умы. Как только к нам присоединится Хакс, состоится первое заседание. Естественно, вы — один из членов. Об остальном расскажу после вашего возвращения. Счастливого пути, адмирал Слоун. Да принесут вам звезды удачу.

Ей кажется, будто сейчас он скажет: «Апорт, притащи мне добычу». Но он лишь поворачивается и вновь вступает в голубое сияние звездной карты.


* * *

Слова Галлиуса Ракса преследуют ее, словно дурной запах. «Вера осветит нам путь. Империя нуждается в детях. Я собираю Теневой совет…»

Империей правят вовсе не так. Этому человеку нужен культ, а не правительство. О Палпатине постоянно ходили слухи, от странных до зловещих: мрачные сказки, будто он приносит в жертву животных или охотится на детей, истории о том, как он исчезает на многие месяцы, страшилки, что старик вечен и прожил уже не одну жизнь. И не важно, сколько лжи было в этих слухах, одно всегда оставалось правдой — при Палпатине в Империи сохранялась стабильность. Он был не просто политиком или спрятавшимся под капюшоном теократом. Имперские планеты никогда не голодали. На них никогда не воцарялось беззаконие. Хотя Империя крепко держала Галактику рукой в карбонитовой перчатке, Галактике это шло лишь на пользу — та была попросту слишком большой, чтобы существовать сама по себе, чересчур обезумевшей и чересчур разрозненной, чтобы выжить без сильной власти, стремившейся к объединению. У Палпатина был талант назначать на соответствующие посты тех, кто мог заставить имперскую машину работать. Этого у него не отнять. Он доверял им и позволял выполнять порученную работу. Император знал, когда и кому делегировать полномочия.

Чего нельзя сказать о Раксе, который держит в своих руках все рычаги.

Слоун понятия не имеет, какова его конечная цель, и это ее тревожит. Галлиус Ракс обожает всевозможные ухищрения. Так что же он скрывает?

Возле турболифта ждет Адея. Девушка стоит, вытянувшись в струнку, взгляд ее тверд и ясен. Вот она, настоящая гордость Империи. Адея Райт — вот кого следует выдвигать на руководящие должности. Преданный и верный администратор. Главное для нее — информация и логистика, цель и результат, истина и последствия. Имперец из нее куда лучше, чем из какой-нибудь скользкой личности вроде Брендола Хакса, для которого все прочие — лишь орудия и декорации.