В общем, из лавки я вышел богаче на четыреста шестьдесят золотых, что вполне неплохо.
Друзей я нашел там, где и договаривались. Они уже успели заказать себе сытный обед и о чем-то весело болтали. Глаза Рины блестели, и выглядела девушка очень довольной. Да и приоделась получше. Теперь на ней был добротный коричневый мужской костюм и кожаная куртка с магическим усилением взамен той, что была на ней раньше. Эта могла частично заменить доспех и служила куда лучшей защитой. Приобрели они для Рины и небольшой кинжал с ножнами и специальным поясом. Я мысленно прикинул, во что это мне обошлось, но ворчать не стал. С собой я им давал десять золотых на все про все. Если вложились, то и ладно. Но к моему удивлению, Орвин отдал мне семь золотых и сказал, что остальное потратил на припасы. А одежду и все необходимое для Рины купил за свои. Захотел сделать ей подарок. Девушка при этих словах зарделась и благодарно посмотрела на Орвина.
— Что ж, раз ты так решил, возражать не буду, — спокойно отозвался я. — И давайте все-таки обсудим жалованье, которое я буду вам обоим платить. А то неудобно как-то. К тому же я сегодня заработал денег на продаже накопителей, так что могу себе это позволить.
— Да не надо мне пока ничего! — попытался отказаться Орвин, но я был непоколебим.
Рина же молчала и не вмешивалась, но посматривала на меня с некоторой прохладцей. Похоже, ее обидело, что я не запротестовал, когда Сердон захотел оплатить ее снаряжение из своего кармана. Наверное, ожидала иного. Что свою женщину я захочу одеть сам. Вот только я не считал Рину таковой. Конечно, в ином случае я бы, естественно, оплатил все, но раз Орвин официально дает понять, что имеет виды на девушку, мешать ему не стану. Чем раньше Рина начнет именно в нем видеть своего мужчину, тем лучше для всех.
— Вполне возможно, что скоро у тебя своя семья появится, так что деньги на обустройство понадобятся, — многозначительно проговорил.
Рина вздрогнула, уловив намек, и посмотрела еще более хмуро. Настроение у нее окончательно испортилось. Не обращая внимания на кусающую от досады губы девушку, я сказал:
— Сколько ты получал на службе у моего отца, Орвин?
— По десять золотых в месяц, — спокойно отозвался тот.
— Тогда буду платить тебе столько же, — решил я. — Рине по золотому.
Она удивленно охнула.
— Это слишком много, господин Аллин! Мне по ползолотого платили.
— Но тогда тебе и не приходилось терпеть такие тяготы, — резонно возразил я. — К тому же есть у меня в планах открыть в столице свое дело. Так что проверенные люди мне будут нужны. А вас с Орвином я именно таковыми и считаю.