Дварим (Вейсман) - страница 2

Моше думал так: "Перед тем как сразиться с могучими гигантами Сихоном и Огом и завоевать их царства,

я не имел права упрекать сынов Израиля. Ведь они могли подумать, что я, понимая неизбежность поражения

в битве, буду объяснять его нашими грехами. Теперь же, когда мы одержали победу, евреи без сомнения

признают, что я упрекаю их ради их собственной пользы, и примут мои слова к сердцу".

Более того, перед битвой с Огом и Сихоном Моше и евреев не покидала тревога, поэтому они не могли

правильно воспринять, а он был не в состоянии должным образом передать поучение подобного рода.

Завершив свое поучение, Моше начал обучать евреев заповедям Торы и разъяснять их суть. Он объяснял их

не только на святом языке, но и на семидесяти коренных языках мира.

Почему потребовалось, чтобы Моше излагал Тору на иностранных языках?

Моше предвидел, что в галуте евреям придется изучать Тору на самых различных языках. Таким образом он

старался облегчить правильное понимание ими Торы в будущем. Однако следует отметить, что до конца

смысл Торы можно постичь только на святом языке. Естественным стремлением каждого еврея должно быть

овладение святым языком, чтобы изучать Тору в оригинале.

Кроме того, "70 языков", упомянутых в Мидраше, означают 70 способов толкования Торы, и Моше

использовал их все.

Только могучий оратор мог говорить в течение 36 дней — с 1 швата до 7 адара, излагая книгу Дварим на

семидесяти языках.

Как же удалось Моше совершить это, если было известно, что он косноязычен? Разве не говорил он в самом

начале своей миссии: "Не речист я. Как можешь Ты, Ашем, посылать меня во дворец фараона?"

Но из книги Дварим с очевидностью следует, что он изложил эту книгу сынам Израиля за короткое время, и

его речь текла плавно. Он избавился от дефекта речи, когда находился на горе Синай, день и ночь изучая

Тору перед получением Вторых Скрижалей. Он отказался от сна и пищи, дабы достичь высокого уровня

духовности, и Б-г посвятил его в глубины Откровения и исправил его речь. Впоследствии Моше мог

объяснять Тору гладко, и, когда он излагал книгу Дварим, слова срывались с его губ беспрепятственно,

складываясь в красноречивое обращение к народу.

Моше объявил, что каждый еврей должен его выслушать. Он объяснял: "Отсутствующие могут обвинить

тех, кто слушал меня, —почему вы молчали, когда Моше упрекал вас? Мы бы могли найти не меньше

четырех-пяти возражений на каждое его обвинение!"

Именно поэтому Моше потребовал, чтобы все евреи без исключения пришли на его последнее поучение.

Всевышний сделал так, что голос Моше усилился, и все собравшиеся могли его услышать.