— Ратко, подсади-ка меня! — Я потянулась к великану, словно маленькая девочка, просящаяся на ручки. Волшебник поднял брови, но просьбу исполнил, усадив меня к себе на плечо.
Наконец-то моя макушка оказалась над забором.
— Тетенька, вам бусы краденые достались! — уцепилась за штакетины я.
— Ничего не краденые, я их честно на базаре за тридцать копеек купила! Сгинь, сопливка, мала еще поклеп наводить!
— Тетенька, их у ведьмака украли, он ведьмачке хотел своей подарить! Не губите себя! Высосет вас это ожерелье досуха-дочиста! Вон все окрестные дворы уже страдают! — Я покосилась вниз на Леля и прошипела: — Что стоишь? Волшбуй давай!
— Брешешь, малявка! — побледнела тетка.
— А вы на руки свои поглядите. Ноготки-то желтеют, кожа морщинится уже. Да и пятна темные, вон они. Всю как есть высосет!
Не знаю, что там делал Лель — я на него не смотрела, — но чем больше тетка разглядывала свои руки, тем больше ужаса проступало на ее лице.
— И это только начало! — на радостях от удачной импровизации пообещала я.
Старостиха завизжала и попыталась сорвать с себя украшение, но замок не желал поддаваться трясущимся рукам.
— Спасите! Помогите! Ломайте ворота!
Ага, как же! А потом скажут, что все мы просто кучка юных вандалов.
— Ратко, подсади выше!
Волшебник без лишних слов поднял меня выше, и я оттолкнулась пяткой от его плеча. К несчастью, грациозно перемахнуть через забор не получилось. Гигантские валенки и тяжелый полушубок этому нисколько не способствовали. Остатки гордости я все же сохранила, чудом не упав лицом в сугроб. Правда, это стоило мне одного валенка. Второй я скинула уже сама, потому что смысла в нем не было, и босыми пятками по утоптанному снегу понеслась к крыльцу.
Ну, молодое тело, выручай! В ближайшие дни мне будет не до простуд!
Пропрыгав по ступенькам крыльца, я подскочила к старостихе и с помощью тонких ловких пальчиков живо расстегнула застежку на бусах.
— Ребят, что с ними теперь делать? — Я помахала ярко-красной низкой в надежде на дальнейшие указания.
— Ворота сначала нам отопри, коза, — беззлобно рассмеялся Ратко.
— Слышали? Отпирайте, — велела я тетке, которая за две минуты без волшебного украшения словно бы вылиняла.
— Я?
— Ну я же не пингвин, босиком по снегу бегаю только в крайних случаях. — Мне уже удалось усесться на скамейку, что была прибита на крыльце, и подобрать под себя начавшие замерзать ступни.
— Пин-вин? — не поняла старостиха, но послушно направилась отпирать ворота.
— Из нашего хранилища бусы. — Вольга задумчиво повертел в руках низку. — Хозяйка-волшебница неизвестна. Украшение подпитывает жизненные силы носящего, а энергию берет из окружающей среды. Если его не контролировать — а обычный человек этого делать не может, — недалеко и до беды — вон как улица уже пострадала.