Деньги у Агасфера были. В том числе и выданные Зволянским под расписку пять тысяч фунтов стерлингов.
— Это из каких же секретных фондов, Сергей Эрастович? — полюбопытствовал перед его отправкой Куропаткин.
— Из склада вещдоков, — мрачно отозвался директор. — Господин Агасфер, предупреждаю: фунты фальшивые, изъяты в ходе проведения операции с псковскими «блинопеками»[75]. Сделаны качественно, но… Спецы, особенно в банках, подделку сразу определят. Так что ими лучше расплачиваться в сумерки и не давать долго разглядывать! Будет возможность — привезите обратно! Нам с англичанами только такого повода собачиться не хватало…
Агасфер с удовольствием рассчитался бы с Брюхановским «псковскими блинами», но смущало два обстоятельства. Он не сомневался, что Гертруда, верный своей привычке, попытается продать копию секретных материалов и своему Рунге. И непременно начнет расспрашивать про таинственного Марка Смита. Австрийский разведчик, знать не знающий про британского агента, начнет наводить справки. И фальшивые фунты тут могут «всплыть».
Да и сам Брюхановский, подозрительный по своей природе, может отправиться с фальшивками в какой-нибудь венский банк — чтобы поменять фунты на более привычную ему валюту. Опять шум-скандал, опять активные поиски таинственного британца…
Нужно как можно быстрее увести Брюхановского из отеля и, желательно, вообще из города. Для чего — было понятно: крайним вариантом в случае с Гертрудой была обговоренная еще в Петербурге ликвидация. Вариант для Агасфера был весьма неприятен: одно дело — сойтись с неприятелем лицом к лицу и с оружием в руках. И совсем другое — убить исподтишка. Да еще и так, чтобы тело не сразу нашли.
Однако другого выхода, пожалуй, не было: тут уж кто кого…
Отпустить Гертруду означало неминуемо попасть в лапы полковника Рунге.
Кроме того, Брюхановский был очень неприятным типом. О перевербовке не может быть и речи: слишком жаден. И в Петербург не доставишь, чтобы отдать под суд. Агасфер вздохнул:
— Господин Брюхановский, у вас, без сомнения, есть копия технической документации, которую вы мне показывали. Так?
— Допустим.
— И вы попытаетесь сбыть ее Рунге, как только мы расстанемся. Так?
— Думаю, что покупателя на такие вещи я всегда найду. Не австрийцы, так еще кто-нибудь купит, — самодовольно улыбнулся Брюхановский.
— Тогда у меня есть к вам новое предложение. Я куплю и оригинал, и копию, — Агасфер предостерегающе поднял руку. — Не раскатывайте губы, не за девять тысяч фунтов! Оригинал — за четыре, плюс еще две за копии. Но в этом случае вы берете на себя обязательства не предлагать свой товар никому другому!