— Молодец! — услышал он за спиной чей-то голос. Это была Сильвия Стейн. Все в той же юбке и блузке, в том же расстегнутом жакете и роговых очках. Такая же холодная, решительная и совершенно неуязвимая. Она села рядом и сказала: — Я все время наблюдала за вами. Хотелось знать, чем это кончится.
— И чем это, по-твоему, должно было кончиться?
Она пожала плечами и поправила свою короткую и без того аккуратную прическу:
— В конце концов, трудно судить о содержании книги по одной обложке.
— Сука ты.
— Спасибо и на этом.
— В жизни никогда не был гомосексуалистом.
— И вообще никем таким, верно?
— Послушай, ты…
— О, я прекрасно знаю твой тип. Настоящий мужчина… Видимость одна.
— В таком случае и ты убирайся отсюда.
Она пропустила его последние слова мимо ушей. Заказала себе коктейль. Бережно поглаживая бокал своими длинными пальцами с красным маникюром, спросила:
— Что это с тобой сегодня?
— Потом узнаешь.
— Собираешься выставить как свидетеля самого Монфорда?
— Не угадала.
— Миссис Макфай?
— Видишь, какая ты умница.
— О’кей. — Помолчав, она спросила: — Томми сказал тебе, что у него в номере есть виски?
— Томми?
— Гомик из Провиденса.
— Ну и что, если даже так?
— Просто спросила.
— У всех в номере есть виски. У тебя. И у меня тоже. — Бог мой, как он ее ненавидит. — Не хотела бы ты пойти ко мне в номер и попробовать мое виски? — Слова его словно повисли в воздухе, и он уже стал сомневаться в том, что вообще произнес их, когда она, наконец, ответила:
— Ты занятный парень, Бертран Мосли.
— О тебе у меня тоже есть свое мнение.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я бы не сказал, что ты слишком женственна.
— А ты предпочитаешь женственных? Ну, что же, это видно. Хочешь, чтобы за тебя цеплялись, верно? Или делали вид, а цеплялся бы ты сам? И чувствовал бы себя при этом большим и сильным.
— Если мне чего и хочется, — огрызнулся он, — так это двинуть своим большим кулаком в твою маленькую хорошенькую мордочку.
— Никогда не бей женщин в очках.
— Мужчины редко выполняют такие угрозы. — Чудо, что за разговор у нас получился! Он швырнул счет на стол и добавил: — Мисс Стейн, пари не хотите?
— Я попробую твое виски, если ты это имеешь в виду.
— Хорошо. Только заткнись, ради бога! — Он поднялся и направился к выходу. Мисс Стейн пошла за ним.
В машине они не разговаривали. Мисс Стейн сидела, прислонившись к дверце, а Берт вел машину, свирепо глядя вперед. Его радостное возбуждение превратилось теперь в ярость. Он по-прежнему чувствовал себя могучим и непобедимым. Но теперь им овладело желание разрушать. И первой он хотел уничтожить мисс Сильвию Стейн.