– Нас кто-то ждет? – Красавец со внешностью взошедшей на вершину пьедестала звезды отвлекся от созерцания своего отражения в зеркале. – У меня все на сегодня расписано! Две примерки, четыре съемки, простите, ребята, я никак не успею и…
– Заткнись, Лео, – хором грохнули Трэвис, блондинка Эли и незаметная, но симпатичная миниатюрная девушка по имени Мара.
Только азиат Чжин сохранял невозмутимость и смотрел куда-то вглубь. Но не аудитории, а самого себя.
– Он тебе так и сказал, подруга? – прошептала… или прошипела красавица Эли. Вот только на фоне Лео она даже как-то проигрывала. – Что не слушает тебя?
– Мне кажется, он просто хотел, чтобы я так подумала, – слегка наивно улыбнулась сероволосая девушка. – Может, он и не такой плохой…
– Не такой плохой? – тут же вскипел Трэвис. – Я попросил своего брата покопаться по Александру Думскому, и знаешь что?
– Ты уже говорил, – закатила глаза Эли, – раз двадцать… но можешь ни в чем себе не отказывать и повторить двадцать первый.
– Да хоть двадцать второй, если до вас дойдет! Но никто, никогда, ничего не слышал об Александре Думском в странах Старой Земли. Ни в Восточной Европе, ни в Западной. Ни в Америке, ни в Азии, ни в арабских странах! Нигде. Ничего! И при этом, когда он попытался что-то разузнать об этом “профессоре” в Маэрс-сити, то ему ясно дали понять, что эти расспросы стоит прекратить немедленно. И это детективу центрального управления!
– Дело нашего куратора, – Эли сделала недвусмысленный нажим на последнем слове, – лежит на сайте в свободном доступе. Можешь почитать и его публикации, и работы, и посмотреть фото с различных съездов. Думаешь, он один все это подделал?
– Не знаю, Эли, не знаю, – вздохнул парнишка, – но через месяц брат полетит в Китай на конференцию и заедет к своему приятелю. Тому самому, которого я увидел на одном из этих фото, ну или как ты говоришь, “железобетонных” доказательств. Вот тогда мы и выведем этого ублюдка на чистую воду и…
Что еще Трэвис собирался сделать с отдельно взятым черным магом, так навсегда и останется тайной, покрытой завесой мрака и ужаса. Во всяком случае, именно с такой завесой в аудиторию, открывая ногой дверь, зашел молодой мужчина.
Не обращая внимания на притихших студентов, глубоко затягиваясь сигаретой (дым которой на поверку и оказался той самой “завесой”), не вынимая руки из кармана брюк, уселся за преподавательский стол.
Держа сигарету одними губами, он, что-то шепча, шарил по ящикам стола, пока радостно не выругался. Причем весьма грязно. Но так, что услышали только первые ряды аудитории.