- Здесь!
Не говоря ни слова, Вика опустила на пол чемоданчик, прихваченный из отдела, и достала из него какой-то неровно обломанный кусочек мела. Издалека он напоминал кусок овечьего сыра и, судя по всему, был не обычным мелом из канцелярского магазина. Она начала сноровисто рисовать на полу перед стеной какую-то сложную схему, Валентина помогала ей подсказками, постоянно что-то замеряя и отчерчивая кусочком угля.
- Никогда не думала, что призыв сущностей с той стороны можно проводить днем, – поделилась Женька своими мыслями с Нифонтовым, наблюдая за приготовлениями к ритуалу.
- Если честно, я тоже удивился, – поддержал ее Николай. – Но Валентине с Викторией лучше знать.
- А какая разница, когда это делать? – Рядом с ними неслышно остановилась Тетя Паша. Когда Женька с Николаем приехали на Спартаковскую, она уже была там и задумчиво разглядывала часы Брюса. Казалось, что ей больше всех не терпится провести ритуал призыва. – Мы не на кладбище, здесь время, что днем, что ночью течет одинаково. А на той стороне его вообще уже нет, поэтому и разницы нет, когда мы решили туда обратиться.
- Ну, просто как-то привычнее, что духов вызывают ночью, – возразил ей Нифонтов.
- Предрассудки это все, – отмахнулась Тетя Паша. – В таких делах расписания не бывает, мертвым все-равно, до обеда или после их позовут, они давно живут вне всякого графика.
Тем временем магичка и демонолог закончили рисовать пентаграмму, и Вика взмахнула рукой, привлекая внимание.
- Все готовы? – Спросил Ровнин.
- Да вроде как, – за всех ответил Пал Палыч и пожаловался коллегам. – Боязно как-то. Понимаю, что чушь, но такое чувство внутри, как будто в школе на экзамене. Кажется, что Брюс сейчас выйдет из тумана и начнет с нас ответ требовать, как мы тут дело его продолжаем и почему работаем так плохо.
Тем временем Виктория начала нараспев зачитывать какое-то заклинание, в какой-то момент в помещении стало совсем темно, а затем по краям пентаграммы вспыхнули огни. Свет от них уперся в стену, возле которой была нарисована пентаграмма, и на ней вспыхнул багровый прямоугольник, по форме очень похожий на часы Брюса, висевшие на наружной стене. Из прямоугольника прямо в пол уперся широкий луч света, почему-то напомнивший Женьке пандус. И по этой дорожке прямо из стены стала спускаться фигура мужчины. Яков Брюс прибыл в этом мир.
Призрак был одет в сюртук старинного покроя, причем с орденами и парадной лентой, а на призрачной голове даже угадывался кучерявый парик, какие было модно носить в 18 веке.
Тетя Паша подошла к Ровнину, и они сделали маленький шаг вперед.