Утром, когда ее разбудила Алфрида, принесшая кувшин с водой, Брук улыбнулась, вспомнив сон о белой собаке, которая пришла в Россдейл. Сон был таким правдоподобным и одновременно таким невероятным, что Брук ахнула, увидев собаку, спавшую в изножье кровати.
Первым порывом было прикрыть ее одеялом, пока не найдется объяснение тому, что она здесь делает, но вместо этого Брук сказала Алфриде:
– Не тревожься. Я нашла себе новую любимицу. Она вполне дружелюбна.
– С чего мне тревожиться? Я видела эту большую собаку сегодня утром, когда она пришла навестить Растона, так что думаю, мне лучше держаться на расстоянии.
– Это всего лишь собака.
– Да ну? Пойду попытаюсь уверить в этом слуг, прежде чем ты выведешь ее из комнаты и половина обитателей этого дома убежит с воплями.
Брук широко улыбнулась. Алфрида даже в этом вопросе была вполне прагматична, хотя уже пятилась к выходу.
– Со временем ты полюбишь ее, – уговаривала Брук.
– Почему все постоянно мне предсказывают, кого или что я обязательно полюблю? – пробормотала горничная, выходя.
Не переставая разговаривать с собакой, Брук быстро оделась. Она надеялась, что Алфрида шутит насчет воплей испуганных слуг, но возможно, стоит расчистить дорогу, прежде чем позволить животному выйти из комнаты. Но когда Брук пошла к двери, собака спрыгнула с кровати, чтобы последовать за ней, поэтому Брук остановилась и встала на одно колено.
– Я сейчас вернусь и выведу тебя погулять. Можешь подождать? Остаться?
Собака, очевидно, привыкла к людям. Ни разу не зарычала, не ощерилась, но все же Брук не знала точно, понимает ли она сказанное или хотя бы простые команды. Тем не менее собака села в центре комнаты, снова позволила себя погладить и осталась на месте, когда Брук поспешила к выходу. В коридоре она едва не споткнулась о Вулфа. Он обнюхивал порог и пытался протиснуться в комнату, но она проворно закрыла дверь. Брук обязательно познакомит животных и надеется, что они поладят, но произойдет это не раньше, чем она получит разрешение оставить собаку. Хорошо еще, что Вулф не лаял и не привлекал внимание к ее тайной гостье.
Но на это Брук надеялась напрасно.
– Какого черта? – спросил Доминик, выйдя из своих покоев и увидев, что делает Вулф. – Вы приворожили моего пса проклятой морковкой.
И поскольку Вулф стал царапаться в ее дверь, Доминик добавил:
– Он думает, что внутри есть еще морковь?
– Да, – солгала Брук.
Но она совершила явную ошибку, раскинув руки и загородив собой дверь! Именно поэтому Доминик отодвинул ее и потянул за ручку. Вулф ворвался в комнату, но замер при виде другой собаки. Доминик тоже не вошел в комнату.