Еще со времен детства я запомнила: Рождество в нашем доме начиналось в октябре. Именно тогда моя мать принималась готовить – и замораживать, чтобы не пропали, – особенные блюда, которые всегда означали праздник. Горы божественно вкусных помадок. Сахарное печенье и ириски. Ореховые шарики и коричневато-рыжий ореховый хлеб. Каждый день, вернувшись из школы и переступая порог, я вдыхала аромат очередного свежеиспеченного лакомства, которым полнился весь дом.
Специальное меню имелось у матери на все особые случаи, не только на Рождество. Вот, например, День благодарения. Разумеется, готовили индейку – со всеми мыслимыми гарнирами: с полентой и соусом из шалфея, с бататом, с луком под сырным соусом, со спаржей, с двумя видами клюквенных заправок, с рогаликами. Пасха, Хэллоуин, Новый год, День независимости – для каждого праздника у мамы были припасены особые блюда. Такая еда сама по себе означала для нас «праздник» и «веселье». Я росла в окружении богатейших кулинарных традиций. Теперь, когда я уже выросла и живу на Манхэттене, а не в центральной части страны, я по-прежнему считаю, что еда может значить что-то особенное и готовиться для особых случаев, вот только число этих случаев в моей жизни резко увеличилось. У меня есть друзья, которые празднуют Хануку и пекут для этого картофельные блинчики (латкес) и пончики с вареньем (суфгания); а другие друзья отмечают Белтейн (кельтский праздник начала лета) и жарят целого поросенка. И все они предпочитают для особых случаев готовить особенные, подходящие к этим случаям блюда.
«Праздник делает еда, – заявляет моя подруга Линда. – Особые блюда свидетельствуют о традициях, преемственности и семейных связях. И даже не пытайтесь печь модные современные низкожировые латкес, готовьте как полагается».
Иными словами, еда – это настоящая политика! Попробуйте только отказаться от особенного, «фирменного» блюда – вас непременно посчитают предателем. «От крошечного кусочка тебя не убудет!» – настаивают оскорбленные семейные повара. Часто на одном кусочке дело не заканчивается, и приходится пробовать все новые и новые блюда. В конце концов, мы же хотим чувствовать свою причастность к семье, а еда как раз символизирует эту причастность.
«Одним кусочком не ограничивалось. В моей семье нужно было непременно взять второй, а то и третий, – рассказывает Рейчел. – Я заранее знала, что за каждый большой праздник наберу не меньше пяти килограммов». Когда она соблюдала серьезные диеты, ей приходилось думать о предстоящем празднике задолго до нужной даты. «Я просто знала, что все мои усилия пойдут псу под хвост – и так всегда и было».