— Я завезу тебя, — тут же поддержал меня Макс, при этом поглядывая на Карину, но та продолжала его игнорировать. И это непонятное поведение подруги вкупе с признанием Мирского меня беспокоило все больше и больше. Жаль, что я не могла позвать ее на разговор сейчас, придется ждать подходящего момента. — Иди к машине, я сейчас приду…
Все тоже стали собираться и готовиться к отъезду, но в какой-то момент мы с Русланом вновь оказались наедине. Я уже стояла около машины Мирского, а он рядом что-то искал в багажнике своей. Потом Руслан выпрямился и огорошил вопросом:
— Ты действительно беременна от этого придурка?
Сердце екнуло, а к горлу подступил ком. Язык не повернулся прямо сказать «да», но и отрицать это, тем самым разоблачив себя, не могла. Потому ответила вопросом на вопрос:
— Ты сомневаешься в самой беременности или факте отцовства?
— Сомневаюсь. В обоих случаях, — Руслан продолжал сверлить меня взглядом. — Потому что не могу понять, когда вы успели. Особенно если вспомнить, что ты… Что я был у тебя первым.
— Можно потише об этом? — я стала озираться: хватит с меня сегодня вскрывшихся тайн. — И мы же договорились не вспоминать.
— Сейчас другой случай. Так что с твоей беременностью?
Спасение от этого провокационного вопроса пришло в лице Никиты.
— Мне яблок дали, — показал он небольшой пакет. — Белый налив. Хочешь?
Вопрос адресовался другу, на меня же Никита намеренно не смотрел, точно не замечал.
— Нет, — Руслан перевел взгляд на него, я же воспользовалась моментом и нырнула в салон машины Макса. А потом уже появились Карина с Наташей и сам Мирский. Мне снова пришлось выйти из машины, чтобы попрощаться со всеми.
— Я позвоню тебе попозже, — шепнула я Карине. — Надо поговорить.
— Ладно, — легко согласилась та. — Буду ждать.
С Русланом мы распрощались сухо, правда, он не переставал смотреть на меня с подозрением, и это ужасно нервировало. Вот что у него бродит в голове? Что он себе там думает? А если он сейчас сопоставит все и поймет, что я беременна от него? Ох… Даже боюсь подумать об этом.
— Что ты там вздыхаешь? — выдернул меня из мыслей Мирский. — Все не можешь простить меня?
— И это тоже, — я прижалась виском к прохладному стеклу окна. — Ты даже не представляешь, как все усложнил.
— Но я же предлагал признаться во всем…
— Сама признаюсь. Завтра позвоню сестре и признаюсь. Я попросила ее пока не говорить родителям. А тебе я уже не доверяю, опять ляпнишь чего не того, а мне потом расхлебывай…
До моего дома мы ехали в молчании. Макс, видя мое настроение, больше не лез с расспросами и предложениями, а я просто смотрела в окно на дорогу. Уже дома я первым делом покормила Мальвину, переоделась и наконец набрала номер Карины. Та подняла сразу.