Наконец Улдис сказал все, что хотел услышать сержант. А затем добавил:
– Слышь, капитан… У меня две просьбы. Выслушаешь? В честь старой памяти, а?
– Говори, – нахмурился сержант.
– Моя первая просьба проста. Когда найдешь тех уродов, убей их. Пусть они сдохнут. Все.
– Хорошо, – как-то на диво буднично десяток человек был приговорен к неминуемой смерти.
– Вторая еще проще. Капитан, помнишь, что ты мне обещал?
– Что я размозжу твою голову, а тело отдам на корм рыбам?
– Да. Только не рыбы!
– Ты заставляешь меня нарушить слово, а ведь знаешь, как я это не люблю.
– В честь старой памяти… – снова повторил Улдис.
– Хорошо.
– Приятно было служить под твоим командованием, капитан, – последний раз ухмыльнулся Улдис.
Нога в металлическом сапоге с хрустом опустилась на его лицо, вбивая затылок в каменистую землю.
Удар, удар и еще один удар. Полетели во все стороны зубы и кровь. На десятый раз Улдис был уже безвозвратно мертв, но Цестус продолжал бить.
Последний, особенно сильный удар сержанта, напитанный энергией, размазал череп бывшего подчиненного в кровавую кашу.
– Вы двое, подберите тело и отдайте гробовщику! – отдал он приказ подошедшим стрелкам, спустившимся с крыш. Те не посмели даже пикнуть насчет того, что в их обязанности это не входило, как не заикнулись и про деньги. – Вперед, бойцы! Ночь только началась. У нас еще много работы.
– Превосходно, сержант. Просто превосходно! Вы полностью оправдали мои ожидания. И да, вы сделали правильно, что убили там всех. Ни к чему тайной канцелярии иметь лишних доносчиков. И так не успеваем с ними расправляться…
«Как там сказал ныне мертвый главарь бандитов про сержанта – старается сделать два дела сразу? А ведь и в самом деле – идти к тому же Улдису было отнюдь не обязательно. Просто кто-то решил посредством купца решить еще и свою проблему. А убийство залетных воров было выгодно купцу, но также присутствовала и просьба Улдиса», – Алекс мысленно покачал головой от столь пугающей хладнокровности и продуманности.
Собирался ли Александр сказать о своих догадках кому-либо? Конечно же нет. Он хотел жить. А как выяснилось, ходить во врагах Цестуса Портиса опасно для жизни.
Невольно мысли мужчины перескочили на вчерашнюю ночь. Тогда он первый раз убил человека, причем еще и не одного. Конечно, он уже убивал. Тех же демонических тварей он покрошил изрядно. Но одно дело убить бессловесное олицетворение зла и ада, и совсем другое – живого человека.
Первого своего врага Алекс убил, отбив вражескую дубинку щитом и рубанув по шее. Схватившийся за горло грабитель умудрился под конец еще что-то пробулькать, перед тем как упасть и, несколько раз вздрогнув, замереть.