— Боюсь, что я не тяну тебя, лишь подталкиваю, а всплываешь ты сама, Саки. На одном своём желании.
— Теперь я хочу тебя после этих слов ещё больше. Прекращай, — пошутила она и чмокнула меня в щёку. — Знаешь, мне стало даже легче.
— Я заметил.
По голосу заметил, он стал более бодрым и эмоциональным. Немного подобострастным и мягким, приобретая те же оттенки, что и до этого.
— Я, в принципе, могу работать и поломойкой.
— Но сама понимаешь, что это путь в никуда. Надо уже искать нормальную работу, чтоб жить дальше, а не поломойкой.
— Да, полностью согласна. Кстати, ты ел? — Саки поднялась с пола. — Пропадал весь день сегодня. И вчера.
— Сидел у знакомого.
— У тебя появились друзья! — обрадовалась она.
— Это прозвучало странно, если честно, — поморщился я, поднимаясь с пола.
— Нет-нет, не пойми неправильно, — загрохотали кастрюли с тарелками. — Ты просто выглядишь… Ну, во-первых, ты выглядишь старше из-за шрамов и своего всегда очень спокойного, но немножко хмурого лица. Не знай я точного возраста, сказала бы, что тебе уже есть восемнадцать. Кстати, а откуда они у тебя?
— Попал в аварию на мотоцикле. Ехал без шлема, меня занесло, и я немного проскользил щекой по дороге.
— Оу… это больно. Ну так вот, ты выглядишь таким хмурым всегда, нелюдимым, я бы даже сказала. Словно тебе и не сильно нужны люди. Поэтому я немного удивилась, когда услышала, что ты сидишь у знакомых. Так это к нему ты ходил, да?
— Да.
— Понятно…
Оставшийся вечер мы, нарушая традиции, разговаривали. Опять же, разговаривала Саки, а я по большей части слушал и кивал в моменты, когда это было необходимо. Радовал тот факт, что она быстро отходила, пусть и воспринимала каждую удачу слишком сильно и близко к сердцу. Возможно, чего-то и добьётся, если станет увереннее в себе. Этого же можно достичь лишь в том случае, если у неё будет всё получаться.
Вечером, когда Эйко, ребёнок Саки, устроила ежевечерний концерт, требуя кушать, мы разошлись по своим комнатам. Перед этим я выяснил все адреса компаний, где её не взяли, и нашёл, как мне показалось, самый подходящий — под крылом картеля, но при этом предлагающий нормальную по меркам Нижнего города зарплату.
И как только я оказался один, сразу достал свой обычный рабочий телефон.
У каждого из нас было по два телефона.
Два старых, едва ли не древних, кнопочных телефона. Один был для обычных рабочих звонков именно внутри картеля, когда не было ничего критичного, просто уточнить, узнать и так далее. Симки таких телефонов менялись, но не сильно часто.
Второй телефон был для важных звонков. За ним следили, его постоянно заряжали, и симки менялись довольно часто, чтоб избежать отслеживания. По нему давали задания, передавали информацию, связывались в случае необходимости и говорили то, что не предназначалось для чужих ушей.