— Кто теперь ты для этого мира?
— Как вы уже поняли, некоторые ваши возможности урезаны. Это моих рук дело. И теперь я вам говорю: живите как хотите, хоть свои кластеры заливайте кровью, а в мой не лезьте. И никому не давайте лезть.
— Не тебе указывать, что нам делать! — разозлился этот тип, и тут же упал на землю, лишившись своих способностей. Так как остальные поддерживали его мнение, то их я также обнулил, разве что статы оставил прежними. Собственно с ними я ничего поделать не мог ведь это индивидуальность с поддержкой системы, а вот способности лишь привилегии.
— Именно мне. И только мне, — заявил я, продолжая воздействовать на них давлением высшего. Само собой их параметры полностью подавляли негативный эффект. — Меняйте свои взгляды, вы более не владыки этого мира.
Мои слова эти четверо пропустили мимо ушей ведь произошло немыслимое — их лишили способностей. А ведь это само страшное, особенно для таких древних существ. Они были на вершине даже среди себе подобных и тут в один момент потеряли всё.
— Верни! — завопил один из них, практически теряя рассудок. В голове его была настоящая каша сменяющихся картинок и эмоций.
Только я хотел сказать, что это необратимо, как вокруг всех истинных проявились раскалённые челюсти, которые в тот же момент сомкнулись, вызвав столб пламени. Под удар Дира попал только один, причём именно тот, кто сошёл с ума.
— Ну, кто бы сомневался, — вздохнув, произнёс я, падая назад, прямо в проявившееся за мной кресло.
Пемброк буквально вылетел из темноты, а за ним следом в каждого истинного словно шрапнель полетел всякий тяжелый мусор. Камни, инструменты, запчасти, колёса и тому подобное. Всё что пёс успел собрать с округи. Один залп и место, где только что стояло несколько человек превратилось в мусорную кучу на перепаханной земле.
Истинные, из тех, кто сохранил хладнокровие, избежали попадания всех снарядов. А вот свихнувшийся даже не уворачивался, принимая всё направленное на него. Причём без каких-либо повреждений. Словно неразрушимый объект он сидел опалённый и неотрывно смотрел на меня. И только после окончания обстрела, его взгляд устремился на пемброка что стоял, развивая в стороны больше десяти щупалец марева.
— Уходите кто хочет, — произнёс я, разрывая пространство за спинами истинных. — Оставшиеся рискуют умереть. Он на вас очень зол.
Пемброк не собирался их отпускать. Всё перед разрывами пространства объяло пламя, причём горело даже то, что было на той стороне. И ведь не понимает пёс, что любой из них, даже без способностей сможет в лёгкую разорвать его. А вот я понимаю, и истинные тоже.