На экране всплыло суровое мужское лицо:
— Да х… хто ж его знает, чего оно все рухнуло! Будем разбираться.
Но по глазам эксперта видно, что вряд ли разберутся.
Вилард оставил пустую чашку и бросил рядом с ней купюру, и только после этого поехал на объект. Зрелище было впечатляющим: дом действительно рухнул, обсыпался, превратившись в гору мебели, разбавленную щебнем. Каким-то чудом оказались не повреждены коммуникации.
Никаких следов взрыва газа или чего-нибудь в этом роде там не было. И быть не могло. Зато была магия. Очень знакомая. До боли знакомая. И многократно усиленная.
* * *
Лис завтракала, когда Вилард влетел в ее гостиную. Взгляд у него был устрашающий. Такой, каким она впервые увидела его в своей квартире.
— Что-то еще случилось? — она приподнялась в кресле.
— Случилось! — ответил он. — У нас с тобой послезавтра помолвка. И по этому поводу будет устроен бал.
Мелисса открыла глаза, сладко потянулась, а потом на нее накатили воспоминания. На глазах выступили слезы. Какой же он все-таки негодяй!
Она действует словно во сне. Не принимает решений, не думает — все происходит само. Но с ее участием. Вот она выходит из дому, садится в машину, приезжает к зданию. Оно не похоже на другие. Чем же не похоже? Несколько секунд нужно, чтобы понять: в нем не горит ни одно окно, вообще ни одно. Тогда как во всех соседних жгут электричество хотя бы с десяток полуночников.
Мелисса чувствует силу, такую большую, как только однажды ранее. Приятное ощущение. Легкость и радость. Она отходит на безопасное расстояние от дома и делает взмах рукой — и тяжелые конструкции, словно взорвавшись изнутри, начинают осыпаться…
Все-таки он использовал ее, чтобы навредить брату. Какой это, должно быть, удар для Виларда — любовно созданный им город рушит любимая сестра. Он наверняка места себе не находит.
Мелисса покопалась в воспоминаниях: не делала ли она чего-то еще… Чего-то такого, на что не давала согласия? Неужели он воспользовался ее состоянием?
Она возвращается. Колдун встречает ее у двери, помогает раздеться, укладывает в кровать… Проводит рукой по волосам… Нет, просто убирает локон с лица — и выходит из комнаты.
Мелисса почти ощутила это прикосновение, и ее щеки вспыхнули, а сердце пропустило удар. Да что же это с ней! Она должна его ненавидеть, а не вздрагивать от обычного прикосновения. И ладно бы была девочкой неопытной… Так ведь нет. Опыта у нее столько, что в пору давать советы и писать инструкции. Но что-то в этом мужчине заставляет кровь стучать в висках, а дыхание — учащаться.