Но! Внешность жрицы Лады говорила, что деньги у нее явно водились. Как и у ближнего круга верховной. Для Гущевой это окончательно подтвердило правильность сделанного выбора. А еще, впервые за три года порхания по столичным сектам, возбудило желание влезть в этот самый ближний круг.
По первости, конечно, она совершила ошибку. Решила показать себя лидеру, пойдя путем рядового адепта — верность, любознательность, истовое служение и беспрекословное выполнение обязанностей по обслуживанию стариков из домов престарелых, над которыми секта держала шефство. Она даже переспала с одним из них — дедуля явно был не из простых.
Но никто не спешил замечать красивого, улыбчивого и ревностного волонтера. День за днем, неделю за неделей, Альбина ходила за пожилыми людьми, занималась с ними дыхательными практиками, гуляла, читала, даже спать укладывала, но от жрицы Лады никто не приходил, чтобы позвать заниматься более важными делами.
Когда умер одна из ее подшефных, она даже не расстроилась.
Старики умирают. Это нормально. И в смерти старушки, которой исполнилось уже семьдесят восемь лет, не было ничего странного. Обширный инфаркт — обычное дело. Более того, Альбина, знавшая бабулю уже четыре недели, видела, что она слабеет день ото дня. Закономерность. В тот же вечер, встречаясь с другими адептами, Гущева услышала от них десятки таких историй. Старики умирают.
Но не все. Некоторые — в ее группе таких не было — наоборот, словно возвращались к жизни. Розовели лицом, больше двигались, проявляли активный, несвойственный возрасту интерес к противоположному полу. Таких было немного. И естественно, по закону жизни, все они были богатыми или очень состоятельными пожилыми людьми. Даже влиятельными, несмотря на то, что активничать уже давно перестали. Все они передали власть с деньгами своим детям и внукам. Нечему удивляться, в общем. Богатые люди всегда умели устроиться.
На этом фоне острой бритвой по сердцу ударили известия от бывшего мужа. Ввязавшийся в очередной свой провальный прожект, он неожиданно не прогорел, не потерял все деньги, а наоборот — преуспел. Где-то нашел нового доверчивого партнера, сам вложился кредитными деньгами в какой-то бизнес по прокату, а теперь писал ей, рассказывая об «открывающихся перспективах» и предлагая вернуться, чтобы «все начать с начала».
Слюнтяй и тряпка Гущев ее не интересовал. И она не желала снова становится мещанкой в провинциальном городе, вдали от настоящей жизни. Но он все еще оставался ее мужем хотя бы по штампу в паспорте и общей фамилии — ее Альбина менять не стала из лености. А теперь у него появились деньги. Причем, настолько большие, что про него даже начали писать новостные ленты Екатеринодара! А журнал «Глянец Кубани», вестник светской жизни провинции, ставил бывшего в список «самых завидных холостяков» края. Как тут было не взвыть от несправедливости!