— Скажите, профессор, — включился в разговор Муму, — а Эмир — это Эдуард Мирзоев, ваш лучший ученик, тот самый, что учился за границей, изучал не только насекомых, но и микробиологию?
— Как, как вы сказали? — уточнил профессор.
— Я сказал: Эдуард Мирзоев… — повторил Муму.
— Не помню такого… — пожал плечами профессор.
— А Настю, Настю Лапину помните? — с надеждой спросил Степан Рыбин.
— Нет, — покачав головой, твердо сказал профессор, — никакой Насти я не помню.
— Хорошо, а Эмир? Вы же только что сказали, что были в лаборатории у Эмира… — не унимался Дорогин.
— Мало ли у кого я был! — вдруг вышел из себя профессор. — И вообще я устал, я хочу домой! — заявил он.
— Степан, вы знаете, где он живет? — спросил Дорогин.
— Знаю, — кивнул Степан, накрывая прозрачный инкубатор металлическим футляром.
— Может, и правда отвезите его домой… — сказал Дорогин. — Пусть отоспится.
— Да, я его отвезу к Глаше, к Глафире Сергеевне…
— Кто это? — уточнил Муму.
— Это его жена, она сможет поставить его на ноги, — уверенно проговорил Степан Рыбин.
— А с теми комарами, что в метро, ничего не сделаешь, тебе самому придется разбираться, — сказал Муму, — раз профессор пока что не помощник.
— Я попробую, — кивнул Степан, — но мне нужно достать материал. Мне нужны муравьи, которые плодятся в метро. Видите, профессор уверен, что новое поколение неопасно… я думаю, именно потому не сообщают о новых жертвах. Если бы новое поколение тоже было опасно, в Москве уже бы были сотни, тысячи трупов.
— Возможно, власти попросту скрывают правду, — произнес Муму и добавил: — Для меня во всем, что сказал твой профессор, важнее всего информация про Эмира, который, как я понял, производит какие-то опыты с этими муравьями. Вполне возможно, что зараженные насекомые попали в Москву с его подачи.
— Но в таком случае возможна новая атака. Ведь профессор с Настей завезли туда целый контейнер этих насекомых. Ведь они летели туда возобновлять популяцию… А что, если этот Эмир действительно проводит какие-то опыты, заражает крылатых кровососущих муравьев опасными болезнями… — проговорил Степан Рыбин, испуганно взглянув на Дорогина.
Тот только пожал плечами.
— Леонид Прокофьевич, — проговорил Степан Рыбин, — поехали домой.
— Да, поехали, — кивнул профессор, выходя в коридор, — а то я так спать хочу…
— Мне вещи его забирать? — спросил Степан.
— Нет, — покачал головой Дорогин. — Вещи пусть здесь остаются. Я их должен проверить.
— Да, странно как-то, — пожал плечами Степан Рыбин. — Когда началась стрельба, профессор на пол упал, а когда поднимался, как-то за двери или за ручку зацепился, и капюшон у него с головы стянуло. Он сразу поежился, а потом куртку снял. И его будто подменили. Словно пелена с глаз упала. И о сумке своей даже не вспомнил. Вы проверьте и куртку, и вещи его… Что-то здесь не так. А я доставлю профессора домой. Потом попытаюсь в метро раздобыть муравьев. Проверить надо, они заразные или нет.