Была вероятность, что воры попробуют проникнуть в дом ночью, но они должны были понять, что отыскать монеты в столь большом здании крайне сложно.
И это самое обычное и простое колечко. Она даже думать не хотела, какие трудности ждут в будущем.
Закрыв за собой дверь, Галя прислонилась к ней и слегка ударилась затылком. Короткая прогулка заставила ее понервничать. Она вся вспотела от напряжения.
— Госпожа? С вами все хорошо?
Галя открыла глаза и заметила Петру. Женщина смотрела на нее вопросительно и чуть встревоженно.
Она жила вместе с ними уже несколько дней, и за это время у них состоялась пара серьезных разговоров. Петра не лезла в ее дела (уже хорошо), но была одержима мыслью, что всех вокруг нужно закормить до невменяемого состояния.
Теперь Петра не приставала к ней с пятиразовым питанием, но при этом каждый раз смотрела так, словно отказ перекусить разрывает ей сердце. Единственным, кому все нравилось, был Умник. Вот кто на деле оказался настоящим пожирателем еды. Неудивительно, что зверек так обрадовался, когда увидел Петру на рынке.
— Все хорошо, — отозвалась Галя, думая над тем, что сегодня стоит подпереть все двери и проверить задвижки на окнах. Небольшие предосторожности лишними точно не будут.
* * *
Галина Николаевна резко открыла глаза. Она лежала на кровати, пытаясь понять, что именно ее разбудило. Умник рядом встревоженно на нее посмотрел. Не было сомнений — их разбудил какой-то внешний шум.
— Тихо, — прошептала Галя, поднимаясь.
Опустив ноги на холодный пол, она поморщилась, а потом накинула халат. У нее не было ни времени, ни желания надевать сейчас платье.
Добравшись до двери, Галина прильнула к ней и затихла. В голову полезли истории о призраках и прочая бесовщина, но она силой воли отмахнулась от этого. Не было сомнений, что шумел человек.
Конечно, шум можно было легко оправдать.
Например, это могла быть Петра. Она всегда вставала до восхода солнца и начинала возиться на кухне. Она вполне могла уронить какой-нибудь предмет.
Или это могла быть Лёка. В темноте легко обо что-нибудь споткнуться.
А еще у них по-прежнему обитал сын барона. После первых дней общение с ним стало более редким, все-таки Галине нужно было заботиться об имуществе, попавшем в ее руки, а мужчина не выглядел умирающим. По этой причине она не уделяла ему много внимания.
Несмотря на то что все эти объяснения звучали в ее голове очень убедительно, менее жутко не становилось.
Тихо вздохнув, Галина Николаевна открыла дверь, радуясь, что не так давно смазала петли маслом. Выскользнув наружу, она замерла, оглядывая комнату.