Я врезал руками по рулю. Этот вариант событий не входил в мои планы. Не потому, что мне жалко Валленштайна, он та еще сволочь и должен получить по заслугам. Просто я хотел уничтожить артефакт, а вместе с ним и всю наработанную на фабрике вакцину, а эта су… мымра все испортила. Где мне теперь его искать?
Размышления неожиданным образом прервались в городке на границе Тюрингии и Баварии. Я остановился у перекрестка, со всех сторон зажатого фахверковыми домами. Выкрашенные в коричневый цвет перекрещенные балки каркаса отчетливо выделялись на фоне белых стен. Высокие крыши с мансардными окнами придавали зданиям игрушечный вид.
Эсэсман в зимнем камуфляже и белой каске стоял ко мне спиной. В поднятой руке трепетал на ветру красный флажок. Справа от солдата в коляске мотоцикла мерз пулеметчик. Он сидел, вцепившись в рукоятку МГ-42, и вертел головой по сторонам, провожая взглядом грохочущую гусеницами по брусчатке колонну тяжелых танков. Прямоугольный корпус, шахматное расположение катков, плоская, чуть скошенная вперед башня и длинный ствол пушки без труда выдавали в них хищников войны. «Тигры» своим ходом добирались с завода до ближайшей железнодорожной станции.
Столпившиеся на тротуарах зеваки радостно кричали торчащим из люков танкистам, мужчины махали шляпами, мальчишки провожали колонну восторженными взглядами и что-то оживленно обсуждали, тыча пальцем в бронированные махины. Женщины и девушки посылали воздушные поцелуи, одни вытирали слезы умиления, другие – те, что помоложе, – с веселым визгом подскакивали на месте, игриво помахивая ручкой.
Ревя мощным мотором, последний танк скрылся за углом высокого дома с остроконечной крышей. Эсэсман скрутил флажок, сунул за пояс, похлопал руками в трехпалых рукавицах.
Схватив мотоцикл за «рога», топнул по рычагу. Труба глушителя с треском выплюнула сизые кольца. Мотоциклист покрутил рукоятку газа, добавляя трескучего грохота и дыма, оседлал железного коня. «Цундап» взревел мотором, выплюнув белую струю из глушителя, и помчался догонять колонну, царапая шипами колес брусчатку.
Я дождался, когда мотоцикл скроется за поворотом, включил передачу и, под ровный шум двигателя, вернулся к прежним думам.
Городок давно остался позади, «опель» шуршал шинами по автобану, все ближе подбираясь к темневшим на горизонте предгорьям Альп, а я по-прежнему терялся в догадках: что могло сблизить Макса и Сванхильду. Любовная версия выглядела логично, но казалась не совсем убедительной: слишком уж это просто, банально и… пошло, в конце концов.
А может, я все это выдумал, и они друг с другом никак не связаны? Ага! А за каким тогда баронесса стащила артефакт из лаборатории? Перед подружками похвастаться?