Назвать напарника отцом взрослой девушки, почти ровесницы не повернулся язык.
— Не сомневаюсь. Отец много рассказывал о твоем упорстве. И упрямстве.
Джейми сказала это и осеклась. Поняла, что брякнула лишнее.
— Рассказывал? — переспросила Линда, бледнея. — То есть, мы не знакомы? Но…
— Ш-ш-ш, — тонкий указательный палец с серебряным колечком вновь коснулся губ. — Ты покинула Беркут, Линда Фолк. Мне не следовало этого говорить. Прости. Но судьба… такая судьба.
— Но ты должна…
— Ничего я не должна. У тебя свой путь. А теперь просыпайся, ночная ведьма!
Линда застонала. И сразу вскрикнула, получив внушительный удар по лицу.
— Прости, Фолк. Перестарался. Но ты не желала «возвращаться». Поднимайся. Живее. Ты нужна напарнику. Для моральной поддержки.
Линда сфокусировала расплывающийся взгляд на Доноване. Выглядел босс паршиво. На щеке царапина, левый глаз заплыл.
— Что… Что случилось?
— Мы напортачили. Лайла в больнице. В тяжелом состоянии.
— А Пьер… где он? — Линда огляделась в поисках напарника, но в комнате находились только они с Донованом.
— Уехал к подружке. Идём. Парни тебя отвезут.
— Ладно, — она, наконец, поднялась. — Ты, правда, согласен выпустить меня из-под «ареста»?
— А смысл удерживать? — бросил Донован хмуро. — Мы поймали Пауло. Ты в безопасности. Да-да, поймали. Но обошлось это слишком дорого…
* * *
Подробности операции Линда узнала по дороге от бойцов.
Вооруженная до зубов группа (как оружием, так и магическими приборами) расположилась в засаде возле дома Лайлы. Подруга Пьера находилась внутри целая и невредимая. Это проверил один из ребят под видом перепутавшего адрес посыльного. Однако всё вышло из-под контроля. Загадочным образом Пауло умудрился пройти мимо бойцов и… умыкнуть жертвы. Причем, на обратном пути он не скрывался. Ошарашенные парни увидели, как пришелец спускается с парадного крыльца с Лайлой на плече. А дальше…
— Мы должны были его остановить, — поведал боец хмуро. — Действовали осторожно. Понимали, что на кону жизнь девушки. И младенца. Но тот гад… он… Это он сделал. Отшвырнул ее в сторону. Так она и расшиблась.
Линда сжала зубы, пряча гнев. Не на бойцов или их командира, что не счел нужным поехать с ней в больницу. На Пауло! Зачем было калечить Лайлу? В отместку Охране? Хотя чему удивляться. Она для него всё равно, что еда. Никакой жалости, никакой пощады…
…Пьера Линда нашла в зале ожидания для родственников пациентов. Бледного и злого.
— Твой любовник доволен? — спросил он сходу.
— Понятия не имею, — ответила та, усаживаясь рядом.
Не смысла реагировать на грубость. Пьер сейчас неадекватен. И злится, прежде всего, на себя. За то, что не защитил Лайлу с ребенком. За то, что хотел избавиться от младенца и… накликал беду. Глупая мысль, конечно. Но от такой непросто отмахнуться.