— Я прогнал изображения всех пленных через программу сравнения, совпадений нет, — огорошил Георгий. Я даже на миг замер, от таких новостей.
— Стоп… что значит, совпадений нет? — тряхнув головой, переспросил я.
— То и значит, — развёл руками Рогов. — Либо соглядатаи, все как один, попали под удар Громовых, либо они были среди тех воев Тверди, что ты, атаман, похоронил на восточном склоне Апецки. Но, ни среди живых пленников, ни среди найденных на поле боя трупов, тех шпионов точно нет. Ни одного совпадения.
— Гдовицкой в курсе? — коротко спросил я.
— Конечно. Сейчас он отсматривает записи фиксаторов. Гостиничных и наших. Уж не знаю, что он там пытается обнаружить, но судя по тому, что Вербицкая боится заходить к нему в кабинет, дело идёт ни шатко ни валко.
— Охренительные новости, — заключил я и, огладив ладонью ежик недавно остриженных волос, покачал головой. — Придётся тебе, Георгий, подождать отчётов по трофеям. Сейчас, у меня, кажется, появилось куда более важное дело.
— Понимаю, — скривил губы в намёке на улыбку мой ватажник, и неожиданно хлопнул себя ладонью по лбу. — Чёрт! Чуть не забыл. Смотри, атаман, какую запись нам удалось выудить из гостиничных фиксаторов. Это коридор, в котором находятся номера, что снимали шпионы.
Георгий открыл очередной файл, и на экране коммуникатора появилась новая картинка… точнее, запись ускоренная в несколько раз. На ней было отчётливо видно, как ходят по коридору постояльцы гостиницы, как меняется освещение, работают горничные и уборщики… Но вот, Георгий снизил скорость воспроизведения, а в следующую секунду на записи появилась знакомая личность. Олежек Стенич, бывший майор отряда «Червоный Пардус», собственной персоной, чтоб его! Протопав через полкоридора, наёмник остановился у одной из дверей и, чуть помявшись, постучал.
— Нужно объяснять, чей это номер? — спросил Рогов.
— Догадываюсь, — я мотнул головой и, понаблюдав, как гость, перебросившись парой слов с открывшим дверь хозяином номера, уходит прочь, вздохнул. — У древних был обычай: принёсшего дурную весть гонца, убивали. Георгий, ты принёс целых две, и как прикажешь с тобой поступить? Расстрелять через повешение?
— Шутишь, атаман? — прищурился Георгий.
— А что мне остаётся? — развёл я руками. — Тут либо плачь, либо смейся… Хотя, можно ещё утопиться, но это точно не наш вариант, согласись?
Мало мне было выходки Гдовицкого, теперь ещё и Стеничи проблем подкинули. А мне разбираться, то ли это Ведьма решила и вашим и нашим сыграть, то ли её сынок по собственному почину действовал. Вот же… паскудство!