— Хех, а как быть с нашим общим сыном?
— И сына огради от общения с этой ненормальной.
— Да она же чисто поржать такое читает…
— Во! Есть что почитать или посмотреть?
— Да куда ж в тебя столько влезает? Я ж тебе свою подборку только на той неделе скидывал…
— Однако, мало. Ну, мне же на дежурстве один хрен делать нечего.
— Книжный нехват.
— Бобровский, ты лучше скажи, как самый компетентный. У нас тут народ вербуют куда-то в командировку. Хрен знает куда, хрен знает зачем, а подписок надо дать в сто раз больше, чем когда в «Песочницу[4]» гоняли. Но деньги и перспективы обещают просто какие-то космические. Кравченко помните? Ну, замкомвзвода третьей роты. Говорят, ему уже подпола там дали. Селезень недавно тоже откуда-то возвратился — при деньгах, при новом звании и отмалчивается, сколько бы мы его ни спаивали. Говорит только, что если хоть одно слово лишнее брякнет, то и его, и нас в лучшем случае ушлют в такую жо… жосточайшую местность, откуда мы никогда большой земли не увидим. Причём до самого выхода на пенсию, который произойдёт в той же самой жо…
— Жосточайшей местности?
— Именно.
— Если это лучший случай, то какой тогда плохой?
— Не уточняли. Но выглядел он даже немного испуганным.
— Memento mori.
— Моментально.
— В море!
— Брешешь! Ты этого кабана попробуй испугать. Я ж их тогда сам из «обезьянника» забирал, когда они вдвоём с Дубом десяток гопоты отметелили.
— Ну, значит, кто-то нашёлся…
— Вы Селезня больше слушайте — он и не то наплетёт.
— Не, он, конечно, языком почесать любит, но тут был максимально серьёзен. Он даже остатки поллитры махом вылакал, чтобы отрубиться и ничего лишнего не сболтнуть.
— Да алкашня он просто. И враль.
— Не, пацаны, я так скажу. Будет кто предлагать командировку далеко и хрен знает куда — соглашайтесь. Не пожалеете, хех.
— Ещё не поздно передумать, — насмешливо заметила Афина, наблюдая за тем, как несколько служанок наряжают Гонорию.
— Вот только ваших подначиваний мне сейчас и не хватает, госпожа, — проворчала Флавес. — Я и так до сих пор не уверена в том, что дела… Ай! Ты совсем безрукая, что ли?!
— П-простите, сира… — испугано пролепетала северянка, которая занималась причёской девушки.
— Выйдите, — небрежно бросила принцесса.
Служанки моментально остановили работу, поклонились и вышли из комнаты.
— Хелен, займись лучше ты, — Афина кивнула стоящей рядом фрейлине. — Раз не уверена, так чего согласилась? Тут половина старейшин Гефары бороды от досады сжевали, что своих дочек-внучек выгодно пристроить не удалось, а ты нос воротишь… Хотя и я, если честно, до сих пор не понимаю — как ты вообще вляпалась в это дело?