Спурт на финише
Хотя еще в марте Лукашенко всерьез не воспринимали, уже в апреле, в самом начале избирательной кампании он был явным фаворитом. Старт кандидата был бурным. По данным социологической лаборатории «Новак» в этом месяце за него готовы были проголосовать 28 % населения, за Кебича - 15,1 %, за Шушкевича - 10,2 %.
Как уже отмечалось, главным претендентом на пост президента считался В. Кебич. Поэтому все кандидаты критиковали деятельность правительства, которое ассоциировалось с премьером, отнимая у последнего голоса. Но реально воспользовался этими голосами только Лукашенко.
В этом смысле любопытный эпизод произошел в Верховном Совете 15 апреля 1994 года. Депутат от оппозиции С. Антончик поставил вопрос об отставке В. Кебича. И тут неожиданно с резким возражением выступил Лукашенко. Он прекрасно понимал, что если бы глава правительства вдруг действительно ушел со своего поста, то исчезла бы главная мишень его обвинений, вообще бы рухнула вся стратегия его кампании, основанная на борьбе против коррумпированной власти.
Очень важную роль в ходе всей избирательной кампании играл вопрос об отношениях с Россией. Дело в том, что по разным социологическим опросам в последние два года перед выборами от 50 до 80 процентов населения Беларуси сожалели о распаде СССР и стремились к более тесному экономическому и военно-политическому союзу с постсоветскими государствами и прежде всего с Россией. Большинство населения поддерживало идею объединения денежных систем. С сентября 1993 года, когда были подписаны соответствующие соглашения, народ благодаря правительственной пропаганде ожидал экономического чуда, которое, по утверждению В. Кебича, должно было состояться очень скоро. Между тем время шло, объявленные сроки объединения проходили, а оно все откладывалось. Приближалась дата выборов, казалось, что эта единственная козырная карта В. Кебича была блефом. И вот когда все уже перестали надеяться, 12 апреля 1994 года в Москве подписали документы об объединении денежных систем.
Что касается политики России, то в ее руководстве, судя по всему, не было единства по этому вопросу. Шла борьба между экономическим прагматизмом и политической целесообразностью. К началу избирательной кампании в Беларуси колебания были закончены, и Москва решительно вмешалась в борьбу в самый критический для В. Кебича момент. Подписание указанных документов за два месяца до выборов - недвусмысленный сигнал о том, кого хочет видеть Россия президентом Беларуси. Похоже, что в политике восточного соседа победил прагматизм, выраженный тезисом: лучше пророссийски настроенная номенклатура, чем национально ориентированные демократы.