Увлеченный своими мыслями, я не заметил, как оказался в центре города, все у того же ресторана «Империал». Ничего не оставалось делать, как поддаться чувству голода и зайти в так вовремя подвернувшийся ресторан. В зале я обнаружил, что за одним из столиков со скучающим видом сидит Михаил. Ну что же, очень кстати. Тем более что мне было страсть как интересно, какие мотивы у Михаила в отношении секты Виссариона. Подсев к нему и заказав себе обед, я решил перейти сразу к делу. Чего тянуть-то? Я вообще считаю, что тайн нигде и никаких никогда нет. Просто есть люди, которые не спрашивают. А, по моему мнению, спроси – и тебе обязательно ответят. Наверное, это издержки журналистской профессии.
– Михаил. Вот скажите мне. Что заставляет вас уже на протяжении пятнадцати лет заниматься сектой Виссариона? Какие у вас мотивы? Ведь вроде вы человек совсем сторонний. Ладно я, я журналист, мне нужен материал. А что вас заставляет интересоваться этой сектой? Ведь вы известный шансонье, жизнь ваша вроде бы состоялась. Зачем вам этот Виссарион нужен?
– Понимаете, Александр… Как бы вам это объяснить? Эта секта преследует меня все эти пятнадцать лет.
– Каким образом преследует? – не понял я.
– Да вот таким, как рок какой-то. Все началось тогда еще, со смерти Матрены. С того времен много воды утекло, многое изменилось. История эта, с этой маменькой девочкой, забываться стала. Все это осталось в прошлом. Жизнь дала новые повороты. А потом я встретил девушку.
– Девушку?
– Да, девушку Я встретил свою любовь. Ту, на которую
глядя понимаешь – это мое счастье. Моя Настя.
– То есть эту девушку, которую вы полюбили, зовут Настя. Но, Михаил, при чем тут секта Виссариона?
Хотя я уже стал догадываться, эта история, наверное, была похожа на моё знакомство с Наташей. Наверное, как и Наташа, Настя оказалась в этой ужасной секте…
– Не торопитесь, Саша. Я очень хочу, чтобы вы собрали нужный вам материал и написали все про Виссариона. Поэтому я хочу, чтобы вам было все понятно и ясно. Сначала немного предыстории…
Мое занятие шансоном – оно как бы закономерно-случайно. Как и все в этой жизни. Случайно в том смысле, что у меня не было желания заниматься им, я всегда считал его жанром для определенного круга лиц, да и петь я не умел, по большому счету. Просто к определенному моменту у меня накопилось штук сорок песен, как я их называл, жанровых песен. Это были песни-зарисовки, практически все с реальным сюжетом и с одним и тем же действующим лицом, эдаким шукшинским Пашкой Колокольниковым. Чудаком, человеком со сложной судьбой, не очень счастливым, в чем-то наивным, но безмерно добрым, открытым, способным, несмотря ни на что, всегда оставаться человеком.