И действительно, нашлась такая. Ядрено-зеленая изба, мать её так, на куриных ногах.
— Это чо, Бабы-яги хата?
— Ага, тут почти каждый четвертый — фанат русских сказок! — как-то даже немного восторженно выкрикнул синявый.
Возле этой махины на настоящих двухметровых куриных ногах была небольшая устланная паркетом площадка, на которой скучающе покуривал трубку зеленобородый старец в зеленой мантии. Над его головой висела синяя надпись «Думатель».
— Чо, прям сюда?
— Да. Прям на площадку.
— Ну смотри, если чо, ты виноват, сам с Думателем разбираться будешь.
— Банить надо за такие ники, — понуро прокомментировал Андрюха имя персонажа.
Я, как мог, аккуратно приземлил Черныша на паркет и ловко спрыгнул с его спины.
— Золотой, — сразу же сказал мне зеленобородый старец.
— Чо, золотой?
— Хранение летающего маунта — один золотой, деньги вперед.
— Сырую печень тебе в тарелку, а не много ты просишь, зелень старческая, а?
— У меня тут монополия на это дело, так что выбора у тебя особо и нет, — меланхолично ответил дед, даже глазом не моргнув.
— Да заплати ты ему, — нервно произнес Андрий, опустившись на пол. На его лице читалось явное облегчение, что он наконец ступил на твердую землю.
Рорик-ребенок жалостливо смотрел на синявого и ручками показывал, что ему нужна помощь, чтобы слезть, но Андрюха потупил взгляд и не обращал на попытки пацанёнка никакого внимания.
— Ну и ладно! — прохрипел Рорик, превратился в свою обычную красномордую ипостась и спрыгнул с Черныша. — Чего застыли?
— Ладно, держи.
Я достал из сумки кошель и подкинул золотую монету. Дед поймал деньгу и невозмутимо хлопнул два раза в ладоши. Изба сзади него села на корточки и из дверного проёма вышла старая горбатая бабка с огромным кривым носом, ну точно, вылитая Баба-яга. Еще и имя над головой: «Костяная нога».
Тем временем старец подошел к Чернышу, закрыл глаза и протянул к нему руку. Как только пальцы дотронулись до головы животинки, то она тут же уменьшилась до размера мыши и Думатель взял уменьшенного пегазона в руку.
— По истечении суток хранение маунта производится почасово — один серебряный в час, — произнес дед через плечо, передавая Черныша Бабе-яге, та следом положила мою летающую животину в деревянную коробку и исчезла в недрах избы.
— Ну-с, местяк вроде зачётный, предлагаю начать с пары рюмок чего-нить забористого, — воодушевленно сказал Рорик, с интересом озираясь по сторонам.
— Поддерживаю! — радостно выкрикнул я.
— Я не пью, — прогундел синявый.
— Андрюха! Сегодня надо! А еще, так как ты знаешь здешние места, то давай, веди нас в какой-то хороший гэндель.