— Иди ко мне, — постучал я ладонью по бедру, — Иди, кому говорю.
Стоило сделать к нему шаг, как он мгновенно переместился на пару метров в сторону и продолжил недовольно размахивать хвостом.
— Ну я что, бегать за тобой буду? — возмутился я, — Иди сюда говорю, нужно раны обработать.
Очередная попытка приблизиться не дала ровным счётом ничего. Догнать синего без применения пыли, не представляется возможным, а все мои хитрости шли ему под хвост. Девчата уже давно собрали камни и с улыбками наблюдали, как я нещадно истязаю бедное животное. Хотя здесь ещё вопрос, кто над кем издевается?
До тех пор, пока я не убрал пузырёк с зелёнкой, Тузик меня к себе не подпускал. Но стоило орудию пыток исчезнуть в рюкзаке, как тот сразу ткнулся мне мокрым носом в ладонь.
— Почему его пули не взяли? — подошла ко мне с вопросом Ольга, — Ты говорил, что имеешь какие-то мысли по этому поводу.
— Угу, — кивнул я с улыбкой наблюдая, как Гайка обхатив кровожадную тварь за шею, просит у неё прощения, — Там на площади, перед нашей атакой, я ему зелёной пыли дал.
— Так с того момента уже двое суток прошло! — обернула она ко мне удивлённое лицо.
— Вот и я думаю, странно всё это, — усмехнулся я, — Но ведь ты понимаешь, что с такими попаданиями, он не протянул бы и ночи, а по факту, ему только шкуру повредило.
— Хочешь сказать, что эффект пыли у тварей постоянный? — высказала она мысли, что крутились у меня в голове.
— Либо так, либо её действие гораздо дольше, чем у нас, — кивнул я, — Во всяком случае, повреждения он получил. Возможно пыль уже ослабевает, а возможно следующая доза сделает его ещё более прочным.
— И как понять? — пожав плечами спросила она.
— Давать ему пыль и иногда стрелять, — засмеялся я.
— Ты чё, дурак совсем?! — возмутилась Ольга восприняв мои слова всерьёз.
— Да шучу я, — успокоил её я, — По крайней мере по поводу выстрелов. А вот с пылью, думаю стоит продолжить.
— Но мы опять же не знаем, как она на него повлияет, — вставил свои пять копеек Дикий, — А вдруг ему нельзя её часто? Или нельзя смешивать?
— Но если ничего не делать, то ничего не поймём, — пожал я плечами, — Ладно, грузимся. Поговорить можно и по дороге.
Дикий снова взялся грохать задними дверями, при этом не забывая шипеть и материться. Как только с его губ слетело самое крепкое словцо, дверь волшебным образом закрылась и тот довольным проделанной работай направился на водительское место.
— Надо будет завтра вечером посмотреть, что-то там, кажется с притвором беда, — сделал он профессиональное заключение.
Машина подвывая коробкой тронулась, а мы с Ольгой вновь завалились на полу, положив головы на раненного питомца. Тот в общем не возражал, к тому же места мы выбрали без повреждений. Метла улеглась ближе к морде, а я завалился на грудь, слушая его странное сердцебиение.