— Аука живут на противоположном берегу, а я на этом. Я не встречаюсь с ними, а они со мной.
— Откуда вы знаете? У вас что, договор с ними? Никому никогда не удавалось поговорить с аука.
— А не надо никаких договоров и слов. Аука знают, что им принадлежит правый берег, а нам левый.
— Даже если это так… Кому в голову придет приехать сюда? Все так далеко отсюда.
— Построю взлетно-посадочную полосу. Будут прилетать охотники на ягуаров, любители поохотиться на сомов, коллекционеры бабочек и орхидей. Даже простые туристы, люди, которые захотят провести несколько дней в глубине джунглей, подальше от цивилизации. Смогут играть здесь в теннис, заниматься всякими водными видами спорта, и просто купаться в реке…
— А как насчет анаконд?.. И крокодилов?..
— Анаконд тут немного. А крокодилов, так их я и вовсе не видел.
— Приплывут на запах туристов.
— Не думаю… Кроме того, поговаривают, что в здешних местах есть нефть. Скоро сюда приедут американцы, разобьют свои лагеря, и им понравится, что рядом есть такое приятное место, где можно в комфорте провести выходные. Чистый отель с кондиционерами, с холодным пивом, с казино… — он рассмеялся своей же шутке. — И даже с чистыми официантками!
— Рай в Зеленом Аду?
— Вот именно! Это вы сам сказали. Идемте, я угощу вас еще пивом.
Остаток дня я провел с доктором Мансилья. Он мне показался человеком необыкновенным, мечтатель, почти сумасшедший, потому что только сумасшедший мог ввязаться в подобную авантюру.
Потом, понемногу, я начал понимать, что на самом деле основной движущей силой была не корысть, а простое и понятное желание осуществить свои личные фантазии. Он очень любил сельву, даже хотел жить в ней, и еще ему очень хотелось показать ее друзьям, знакомым людям, и даже людям совсем незнакомым, чужим людям, тем, кто не говорил на его родном языке. У меня создалось такое впечатление, что он мечтал обзавестись таким отелем и возить туда весь белый свет, довольствуясь лишь тем, чтобы это не было за его счет.
Но на тот момент он уже потратил более десяти миллионов песет на работы и на материалы. Все, абсолютно все, начиная с цемента и кончая рабочими, начиная с кирпичей и кончая досками, приходилось везти из Кито. Обычно такое путешествие занимало четырнадцать часов на машине и семь часов на пироге. Настоящий подвиг.
Или сумасшествие.
Когда я оставил его там, в своем отеле, наполовину построенном, а сам продолжил путешествие вниз по реке, то был убежден, что все это самое настоящее сумасшествие, которое никогда не будет завершено. И, тем не менее, передо мной стоял сам Анибал Мансилья и делал ставки на число 24, и уверял меня, что отель должен был вот-вот открыться.