Недовольство гарлондцев, свято чтящих традиции предков, переросло в открытое неповиновение, и Ловетто охватило восстание. Казармы в которых размещались камгарские воины были подожжены отчаянными смельчаками. Часть воинов погибла, пытаясь спастись из пылающего здания. В кровавых и беспощадных уличных стычках остатки гарнизона были перебиты, камгарские чиновники, пытаясь избежать расправы, кинулись к городским воротам, но их уже контролировали разъяренные гарлондцы. Во всеобщей суматохе им удалось скрыться и заблокироваться в одной из башен городского замка, находившегося неподалеку от центральных ворот. Призрачные шансы на спасение практически исчезли, когда восставшие узнали о месте нахождения ненавистных захватчиков. Фактически камгары стали заложниками толпы разъяренных мятежников. Лишь вмешательство лидеров восставших спасло их от неминуемой жестокой расправы. Они планировали использовать пленных в качестве разменной монеты в предстоящих переговорах с Арзуланом. Но готов ли был Нириам Птицелов пойти на уступки заговорщикам?
Ловетто первым поднял знамя борьбы против камгаров. Арзулан обвинил «Нейрский Союз» в умышленной подготовке мятежа. Вся инициатива организации заговора, по твердому убеждению, Нириама Птицелова принадлежала руководству Южно Гарлондского государства. Исарцы в одностороннем порядке нарушили условия «Тальярского договора». Правитель требовал гарантий безопасности для удерживаемых заложников и их немедленной передачи камгарским властям. Арзулан почти открыто угрожал «Рейнгардскому Сейму» войной.
Как и в прошлые годы Ловетто стал камнем преткновения в отношениях между двумя государствами. Представители Камгарии и «Нейрского Союза» проводили активные переговоры по определению дальнейшей судьбы мятежного города. Отношения между странами были натянуты как струна, но двухсторонние консультации продолжались. Нириам еще надеялся на сохранение «Тальярского договора». Тарит и Арзулан пытались найти компромиссное решение, но в конфликт вмешались непредвиденные силы.
Молодой остокский правитель буквально рвался в бой. Воллин V вступил на престол чуть больше двух лет назад, но уже грезил расширением границ. В отличие от отца он обладал импульсивным характером и был убежден, что удел истинного монарха состоит в том, чтобы с мечом в руках добиваться укрепления власти и стяжать военную славу в интересах своей династии. Гарлондские пределы представлялись ему легкой и прекрасной добычей.
Заручившись поддержкой Арзулана, Воллин V хотел укрепить свое влияние в Горном Мильгарде, отомстить за крушение Мидиона и не допустить объединения Гарлонда под властью Тарита. Сейчас представился удобный случай, чтобы сокрушить «Нейрский Союз».