Бутлегер и его пес (Башибузук) - страница 44

Мы выбрались из машины, проскочили по замусоренному переулку и вышли на соседнюю улицу.

Я выглянул из-за угла и кивнул ирландке.

Морана зловеще ухмыльнулась, быстро пошла вдоль облезлого кирпичного забора, остановилась возле крашеных шаровой краской железных ворот, пнула их ногой и, пьяненько покачиваясь, загорланила.

— Эй. Винченцо, открывай, мать твою, я знаю, ты здесь прячешься. Открывай, сын ослицы!

— Пошла вон, шлюха! — почти сразу же гаркнули из-за ворот.

— Мерзкий ты говнюк!!! — взвыла Морана. — Заделал мне ублюдка и в кусты? Не выйдет! Открывай, скотина!!!

Я улыбнулся, подпрыгнул, уцепился руками за край забора и подтянулся.

Маленький дворик возле ангара был весь захламлен остовами машин, железными бочками и рухлядью. В воздухе стоял тяжелый запах бензина, ржавого железа и застарелой мочи.

С внутренней стороны ворот стоял невысокий толстячок в матросском бушлате, кепке и с дробовиком в руках.

— Я заявлю на тебя в полицию, мерзавец!!! — продолжала орать ирландка. — Пусть возьмут тебя за задницу! Открывай, говнюк!

Я быстро перепрыгнул через забор и спрятался за бочками.

— Кто тут орет, Пьетро? — из ангара высунулся еще один итальянец.

— Да какая-то шлюха, ищет Винченцо, который ее обрюхатил, — объяснил охранник. — Может Большой Винченцо? Так его здесь нет сейчас.

— Так тащи ее сюда! — хохотнул гангстер. — Заодно развлечемся. Давай, заводи сюда, а я парней предупрежу…

Он убрался обратно в ангар, а второй принялся отодвигать запоры на воротах.

— Прошу, сеньора, прошу. Сейчас мы вам отдадим этого стервеца Винченцо…

Я высунулся из-за бочки и аккуратно прицелился в подбритый висок.

Сухой хлопок, мафиози повалился боком на землю.

Морана проскользнула внутрь и сразу закрыла ворота.

— Стой здесь… — я подбежал к ангару, вытащил из кармана гранату и выдернул чеку.

Раздалось громкое шипение, скрипнули петли на двери, в щель улетел овальный ребристый шарик.

— Что это за хрень, Пьетро? — заорали внутри ангара. — Дошутишься, сын осла! Я тебе сейчас в голову бочкой кину…

Я прижался к стене.

— Тащи сюда свою задницу, дуралей! И шлюху тащи! — продолжали горланить итальянцы.

А потом вдруг кто-то ахнул:

— Матерь Божья, да это…

С последним его словом бабахнул негромкий взрыв. Двери в ангар с грохотом распахнулась, из проема выплеснулась, струя чадного вонючего дыма. А вслед за ней понесся истошный длинный визг.

Внутрь отправилась еще одна граната.

Но на этот раз, бабахнуло еще сильней, из всех щелей гаража потянулись языки пламени, а из двери вылетел с истошным воем живой факел.

Морана вытянула руку, стукнул резкий выстрел, горящий макаронник сунулся мордой в землю и застыл.