– Ох, да на что я надеюсь?! Они же видели шерсть на моих руках. Они догадались. И расскажут всей школе! Как только они поймут, что я превращаюсь всякий раз, когда рассержусь или обижусь, они начнут нарочно дразнить меня, и я всё время буду ходить в таком виде! – Она утёрла мокрую от слёз морду. – А когда папа узнает, что меня дразнят, он снова заставит нас переехать. И меня опять переведут на домашнее обучение! Ты хоть представляешь, как это скучно, когда для групповых заданий ты можешь выбирать в партнёры только маму, папу или служанок?!
– Тоска, – согласилась я, усаживаясь на землю в паре шагов от неё. Максин подошла к нам и тоже села рядом. – Но тебе совсем не обязательно прятаться, Эл-Гри. Эта школа тем и замечательна, что здесь принимают любого. Сама погляди, кто здесь только не учится – и тролли, и огры, и эльфы, и пикси, и феи, и русалки... Никто не станет судить о тебе лишь по тому, как ты выглядишь. И нам совершенно не важно, что ты наполовину... гм...
Интересно, насколько политкорректно упомянуть сейчас о чудовищах?
– ...Наполовину чудовище? – подсказала Эл-Гри. – Джилли, ты правда мне очень нравишься, но давай говорить откровенно: никто не захочет дружить с принцессой, которая выглядит как дикий зверь! Королевским особам это не пристало, даже если я такой родилась. Отец думает, что это как-то связано с заклятием, которое наложил на него Румпельштильцхен. Поэтому он и охотится за ним уже многие годы. В зверя я превращаюсь мгновенно, а вот обратное превращение занимает полчаса, а то и больше. И то только тогда, когда мне удаётся успокоиться. А как я могу успокоиться? Если бы папа сумел добиться того, чтобы заклятие было снято, моя жизнь стала бы совсем другой! Принцесса должна быть красивой и нежной, а не размахивать кривыми когтищами. Как бы я хотела стать нормальной, такой, как все!
– А что в этом такого хорошего – быть как все? – возразила я. – Мне кажется, люди выделяют и запоминают тебя именно по твоим особенностям.
– Нет, люди просто смеются над ними, – всхлипнула Эл-Гри.
– Так не позволяй им над тобой смеяться! – сказала я. – Прими свою особенность и порадуйся ей. – Эл-Гри прекратила всхлипывать и озадаченно воззрилась на меня. – Если ты скажешь всем «Да, я чудовище, которое запросто может оторвать тебе руку – и что ты мне сделаешь?» – они решат, что это круто, вот и всё.
– А я уже думаю, что это круто! – с энтузиазмом поддержала меня Максин. – Захочешь побродить по лесу – пожалуйста, никто тебя не тронет. Захочешь куда-нибудь запрыгнуть, или бегать быстрее всех, или напугать кого-нибудь – тоже никаких проблем! По мне, так умение превращаться в чудовище – это бесценный дар.