Терпеть таких особ не могу. Вначале унизят, обидят, а потом сводят все к шутке. Но раз Апофис просил не ругаться…
Вспоминая местные заморочки с этикетом, я аккуратно коснулась своей ладонью ее.
– Ангелина дха’Гвардей, жена некроманта Апофиса.
Сама того не ожидая, я раскрыла «приятельнице» наш маршрут, рассказала про клятвенника Мишу. Уверена, если бы у Радессы на миг закралось подозрение насчет моей правдивости, она вытащила бы из меня подробности жизни, начиная с рождения. К счастью, ее интересовал один менестрель. От беседы с эльфийкой у меня путались мысли и кружилась голова.
– Какой резон твоему мужу ехать в столицу? – задала она очередной вопрос. От ответа спас Апофис. Он поднялся по лестнице, подошел, обнял меня за плечи.
– Милая, тебе напомнить, что делают с болтливыми женами? – вкрадчиво осведомился, прожигая взглядом эльфийку.
– Про жен не помню. А про придирчивых мужей я тебе точно что-нибудь страшное расскажу, – пообещала я, открывая дверь каюты.
Эльфийка откровенно потешалась, наблюдая за нашей «семейной» сценой.
– Спектакль окончен, до свидания, – сообщил ей Апофис и закрыл дверь. А потом шагнул ко мне, сгреб в объятия и поцеловал. Да так, что я забыла и об эльфийке, и обо всех окружающих интригах. Остались только его руки и губы. Я растворялась в поцелуях, крепче прижимала его к себе. И вдруг все закончилось. Он резко отстранился и сообщил:
– Ушла.
Как? Это показуха ради нее? Мои колени дрожали. Чтобы не упасть, я присела на кушетку. Ненавижу! Ненавижу ее! И его, показушника!
– Спокойной ночи, – сообщила ему сквозь зубы и легла лицом к стене.
Он, конечно, не мой. И претендовать на него, ревновать – глупо. Но отчего же так противно и больно?
Несмотря на переживания о собственной глупости, уснула я сразу. И проснулась, как мне показалось, в тот же миг. Апофис тормошил меня за плечо:
– Прибыли.
Собирались быстро. Вещи почти не распаковывали.
– Всем табором едем в столицу, – сообщил он, магией разглаживая помявшийся новый костюм. Просто проводил ладонью вдоль тела, и молочно-белая ткань распрямлялась, приобретала блеск. – Радесса от тебя не отстанет. Помни, кто ты и ради чего рвешься в Зиирин. В родовом замке Баллесса есть так необходимая тебе бусина телепорта.
С языка чуть не сорвалось: «Главное, чтобы ты помнил». Промолчала, просто кивнула, вышла следом за «муженьком».
Город меня ошеломил. Он занимал просторную долину, с трех сторон окруженную высокими горами. К горам прирастали небоскребы. Не привычные мне стекло и бетон. Издали они казались сложенными из кирпича или разноцветного камня, сплетенными из блестящих металлических канатов, поражали разнообразием форм и архитектурных решений. У подножия небоскребов теснились массивные круглые башни с геометрическим орнаментом по всей поверхности стен, с остроконечными крышами. Из пышной зелени парков поднимались хрустальные дворцы.