– Наш род будет вам очень признателен, если вы примете участие в решении нашей проблемы, – договорила графиня и замерла, глядя на меня, как гипнотизирующая жертву змея.
Какая прелесть. Ужин только начался, а меня уже приглашают в чем-то поучаствовать.
На душу камнем легло осознание того, что Робин позвал нас в гости уже с прицелом на конкретную выгоду.
– Робин не говорил, что у вас есть проблемы. Что-то серьезное? Надеюсь, в моих силах вам помочь.
Парень вздохнул, и слово снова взяла матушка.
– Эта беда рвет мне сердце. – Она горестно прикрыла веки. – Мой сын… мое любимое дитя… Знаю, что не в моей власти было уберечь его от позора, но все равно корю себя за свое бессилие каждый день. Вы тоже мать мальчика, вы должны понимать.
Как бы я ни сердилась на корыстные мотивы этой семейки, по моему телу пробежал холодок тревоги.
– Робин, что… – Я повернулась к нему и столкнулась с полным стыда взглядом.
– Со мной все хорошо. Мама, обязательно поднимать эту тему прямо сейчас?
Графиня сокрушенно покачала головой:
– Эгоистичный мальчишка. Ты мог бы быть добрее к брату.
Ага, так, значит, помощь нужна Кендрику. Странно, он выглядит вполне здоровым и уверенным в себе мужиком. Вон как активно мясо уминает. Того и гляди у супружницы что-нибудь с тарелки утащит. А она у него такая тоненькая…
– Что с вами? – обратилась я к нему.
Кендрик лихо ухмыльнулся:
– Пустяк для обычных людей. Не многие могут это понять. Так вышло, что я родился в семье перевертышей, но не имею способностей к обороту. Во мне нет ни капли магии, и этот факт невозможно скрыть от общественности.
Не закатывал трагически глаза. Не пустил слезу. Не высморкался в платок под конец речи. Как будто ему все равно. Однако я не приняла за чистую монету его беззаботное лицо. Был у меня в школе друг, который, всякий раз узрев двойку в тетради после проверки, улыбался и говорил: «Что поделать, я тупой». Но я знала, как он переживает из-за того, что его дома ругают, и поэтому по мере возможности помогала исправлять оценки.
Кто же ты, Кендрик? Такой же несчастный «двоечник» или раздолбай, которому ничего не надо?
– Поскольку у Кендрика нет дара, титул унаследовал Робин, – резюмировала графиня Лаурисса и отпила из бокала.
У младшего сына заалели щеки. С тех пор как маменька затронула болезненную тему, он, как и я, не съел ни кусочка.
– Матушка, ну какая разница! – Мина скорчила непосредственную гримаску. – Мне абсолютно все равно, у кого титул. Главное, что он сейчас не у дядюшек, а то бы ты удавилась.
Графиня Эвангелина сделала девушке замечание. Вряд ли та устыдилась, даже вид сохранила безмятежный.