– Мой отец не предпримет против тебя никаких действий, но дело может выйти из его рук.
– Вот это меня и беспокоит. – Джеррика откинулась назад и положила голову ему на живот. – Мне нужно взломать последний кусок, который приведет меня к компьютеру, выпускающему приказы. Кроме того, необходимо узнать дату, время и место теракта.
Грей помассировал ей виски.
– Мы уже близки к цели. Все будет хорошо, Джеррика.
– А еще… не могу понять, что задумал Олаф! Он сдал «Дредворм», но зачем? Чтобы вернуться в страну и избежать преследования? По-моему, игра не стоит свеч.
– Поэтому я считаю, что за всем кроется нечто большее. – Подушечкой большого пальца он погладил Джеррике переносицу. – По-моему, он заодно с заговорщиками. Таким радикальным способом он хочет отомстить правительству, с которым столько лет воюет.
– Наверное, ты прав. – Повернув голову, она заглянула ему в глаза. – Может быть, мне удастся до него достучаться. Может, я уговорю его признаться, на кого он работает. Ведь он может сохранить неприкосновенность, если снова вернется на нашу сторону!
– Джеррика, я тебя и близко к нему не подпущу! Мы не знаем, каковы его мотивы, и, хотя вас с ним связывают… близкие отношения, он, похоже, об этом забыл. – Он погладил ее по щеке. – Пойдем! Я покажу тебе дом до того, как сюда съедутся толпы гостей.
День памяти павших обещал быть ясным и теплым. По такому случаю Джеррика сменила привычный черный прикид на разноцветную юбку и ярко-красную блузку. Вместо черных ботинок надела сандалии; накануне она даже сделала педикюр.
Стоя в ванной перед зеркалом в полный рост, разглядывая красные ногти на ногах, она разгладила юбку на бедрах.
Грей встал у нее за спиной; на нем были шорты с американским флагом и синяя футболка, которая очень шла к его глазам. Их глаза встретились в зеркале.
– Ты выглядишь… хорошенькой, только не думай, будто обязана менять свой стиль, чтобы вписаться в общество этих людей.
– Не в том дело. Во-первых, сегодня слишком жарко, чтобы ходить в черных джинсах и ботинках. – Она нанесла на ресницы тушь и кокетливо поморгала. – Во-вторых, если меня арестуют, не хочу выглядеть изгоем, когда меня поведут в наручниках.
Грей потер запястья.
– Никто не уведет тебя отсюда в наручниках.
– Ты думаешь? – Она положила помаду на туалетный столик. – А ведь пора, Грей. Я не сумею быстро расшифровать код самостоятельно. Нам придется передать его кому-то, кто может довести дело до конца. Пора и мне кому-то довериться.
Он развернул ее к себе лицом и легко поцеловал в накрашенные губы.
– Мне ты можешь доверять? Ты почти член семьи. Мой отец сделает все, что в его власти, чтобы защитить тебя… а, как ты сама много раз напоминала, власти у моего отца много.