В момент, когда Илиодор поцеловал, в голове Алиры словно взметнулось пламя, которое раздувал ураганный ветер силы, едва не разрушивший усовершенствованную защиту. И только чудо помогло сдержать этот чудовищный напор, не выпустив на волю всю мощь гнева. Одно мгновение, а потенциал, и без того казавшийся уже неизмеримым, возрос многократно, поразив и без того находящуюся в шоковом состоянии землянку. И если с силой справиться удалось, то обрести душевное спокойствие оказалось гораздо труднее. В Алире боролись разные чувства, вновь побеждала обида и росло ощущение, что ее предали. Не этот ангелоподобный красавец, в душе которого нет места любви ни к кому, кроме себя, а ее собственное сердце. Сомнения вгрызались в мозг, а этот момент перекрещенных взглядов Аллаэ и Дэвида вспышкой появлялся перед глазами, повторяясь, словно кадр из фильма. И вдруг вспомнились слова мужа о его любви, когда Алира очнулась на зиндаррианском корабле. А если это все правда? И чувства зиндаррианца к простой землянке всего лишь результат воспитания и особого отношения к богине, в которую его приучили верить с детства, а любит он ту, другую?
Алира так и стояла посреди зала, а у ее ног лежал Илиодор, которого надежно зафиксировали и удерживали два зиндаррианца в ожидании распоряжений. Но землянин будто не испытывал неудобства, напротив, он поднял на Алиру озорной и веселый взгляд и даже подмигнул. В этот момент на плечи землянки опустились горячие руки Дэвида, заставив вздрогнуть.
– Прости, я опоздал. Не хотел мешать тебе разбираться с прошлым.
– Все нормально, он не причинил мне вреда, – охрипшим голосом, будто до этого кричала, ответила Алира, а после обратилась к приблизившийся Меделлинэ: – Я прошу не наказывать строго господина Лаэра с учетом личных обстоятельств. Уверена, он просто не осведомлен о правилах поведения на Зиндаррии и не понимал, что творит. Это моя личная просьба.
Глава службы безопасности слегка склонила голову и дала знак подчиненным увести человека, сообщив только, что степень вины и судьбу нарушителя спокойствия будет решать госпожа президент.
События набирали обороты, превращаясь в снежную лавину, готовую снести все на своем пути. Будто один поступок, казалось бы, чужого для зиндаррианцев существа запустил процессы, которые давно назрели. Праздничная часть бала оказалась скомканной, всех чужаков попросили удалиться сразу после инцидента. Оставшимся гостям Конмира объявила, что предсказанное свершилось и богиня возродилась в девушке, которая в этот день стала жительницей Зиндаррии. Просто, даже буднично, если бы не повисшая после сообщения тишина. Никто не спорил, не радовался и не возмущался. Алире же все стало безразлично, внутри будто что-то сломалось после очередного буйства силы, которая теперь спала, свернувшись, словно милый котенок на ферме отца Дэвида.