— К отчету ревизионной комиссии не прилагалась голограмма? — уточнила я отчего-то дрогнувшим голосом.
— Прилагалась, — недовольно поморщилась маголог. — Только снимали ее впопыхах и впотьмах. Размер выброса ясен, а скорость и метод кристаллизации — нет.
«Что с ревизоров взять? Мужланы», — ясно читалось на их лицах.
— Метод — облачный, — мрачно сообщила я им. — Сначала кристаллизовалась та часть, которая была в здании. Остатки газовой фазы по краям выдавили окна и отвердели уже снаружи. Скорость… не знаю, трудно оценить.
Мне казалось — вечность. Очень неприятная, наполненная холодом, паникой и подступающей безнадежностью. Но на деле у нас было от силы секунд пять-семь.
Увы, в вопросах кристаллизации магии плюс-минус две секунды — целая прорва времени.
— Ледяные «иглы»?
— В изобилии, — передернулась я. — Как свободно летящие, так и…
Черт подери, он же закрывал меня собой! Паникуя, любой бы спасал собственную шкуру, это непреложный инстинкт. А Найден ведь куда тяжелее меня.
Одно неосторожное движение — и мы бы крутанулись в воздухе, а основной удар достался бы мне — причем, учитывая, как найденыш в меня вцепился, «иглами» я бы получила в живот. Но Найд как-то ухитрился удержать меня снизу, относительно мягко приземлить в сугроб, а сам…
Или я невероятно везучая, или найденыш — сверхчеловек какой-то.
— Ратиша? Если вам тяжело говорить об этом…
— Нет-нет, все в порядке, — опомнилась я. — Часть «игл» вмерзла непосредственно в облако.
— Насколько прозрачным оно было в первые часы? — поинтересовалась Арина и разложила передо мной несколько печатных фотографий.
Осмотрев варианты, я помялась и с сомнением ткнула пальцем в центральную — с серебристо-серым «облаком», сквозь которое смутно, еле различимо, проступали контуры трубы. Магологи недоуменно переглянулись.
— Вы уверены?
Я сравнила фотографию с соседними. Об уверенности речи не шло: мозг милосердно стирал из памяти подробности того дня, сберегая психику, — но изображения слева были почти непрозрачными, а справа лед имел странный зеленоватый оттенок.
— Да, если этот цвет, — я указала на правую фотографию, — не дефект печати. По прозрачности больше похоже, но лед был мутно-серебристый.
— Не дефект, — вздохнула Янина и вопросительно взглянула на коллегу.
— Сдаюсь, — неожиданно пробурчала Арина. — Лед должен был быть либо зеленым и прозрачным, либо серым и плотным. А это вообще ни в какие ворота. Мало того, что испаряется почему-то, так еще и… Что он там, среднего пола, что ли?
— Кто он? — переспросила я. — Дракон?
Мне отчего-то никогда не приходило в голову, что они тоже двуполые. Продвинутые учебники по магологии в открытом доступе не валялись, а Сеть на этот счет была весьма скупа и однозначна. Дракон — он и в Грийвии дракон. Самка или самец — речь идет о рептилии весом в несколько десятков тонн, дышащей смертельными магическими морозами, и человека, повстречавшего сей феномен, вряд ли будет волновать гендерная принадлежность.