Чем ближе мы подъезжали к Аллегранце, тем оживленнее становилась дорога. Пришлось постоять на въезде у Северных ворот, ожидая, когда законники досмотрят повозки, доставлявшие товары на субботнюю ярмарку. Вереница карет еле двигалась, и мне оставалось лишь недоумевать, отчего возница предпочел пробираться через город.
На улицах было людно. Горожане направлялись на ярмарку, гуляли в парках и скверах, радуясь теплому весеннему дню. То тут, то там попадались рабочие, которые возились с уличными фонарями, вытаскивая из гнезд накопители. Мальчишки продавали газеты, звонко выкрикивая броские заголовки, и мне казалось, что пару раз я различила имя лорда Кастанелло, но расслышать точно среди уличного гама оказалось невозможно.
У Ратушной площади карета снова остановилась. На этот раз проезд полностью перекрыли – впереди до самого конца улицы уже скопилось с десяток карет и экипажей. Недовольные пассажиры перекрикивались с дежурным законником.
– Полчаса здесь постоять придется, миледи, – пояснил возница, когда я выглянула из окошка, привлеченная шумом. – У здания суда происходит что-то важное, а объехать теперь уже никак не получится.
Я пожала плечами, смиряясь с неизбежной задержкой.
По случаю ярмарки Ратушная площадь, просматривающаяся сквозь узенькие боковые переулки, пестрела шатрами торговых палаток. Вокруг толпились перекрикивающие друг друга горожанки с корзинками. Наперегонки бегали дети, гудел многоголосый птичий рынок, а вдалеке переливалась разноцветными огнями карусель. Привычная суета большого города захватила меня, отвлекая от мрачных мыслей, и я невольно улыбнулась.
Переговорив с возницей, я выбралась из кареты, пообещав скоро вернуться, и быстрым шагом дошла до границы ярмарки. Медленно прошлась между палатками, разглядывая выставленные товары, впитывая дыхание Аллегранцы, позволяя городскому ритму хотя бы на несколько минут затянуть меня в свою веселую суматоху.
У здания суда действительно собралась немаленькая толпа. Люди оживленно перешептывались, показывали пальцами. Из любопытства я подошла ближе, заглянула через чье-то плечо.
Площадь перед отдельным входом, предназначенным для заключенных, находящихся под стражей, оказалась оцеплена законниками. Черная закрытая карета, такая же, как та, в которой когда-то увезли меня из городского дома лорда Осси, выехала из пустынного переулка и остановилась почти у самых дверей. На пороге я различила знакомую сухую фигуру господина дознавателя, а рядом стоял не кто иной, как сам лорд Ранье. Рядовой законник, на поясе которого опасно светилось энергетическое оружие, открыл дверцу кареты, выпустив жуткого вида мужчину в полосатой одежде каторжника и нескольких охранников. Заключенного подхватили под руки и увели в здание суда. Господин дознаватель последовал за ними, городской глава дожидался кого-то еще.