— А к наглым просьбам?
— Да как тебе сказать… А что, какие-то проблемы?
— Особых проблем нет, но есть небольшая просьба. Ты подарок с прошлой встречи помнишь?
— Лодку с мотором?
— Почти угадал.
— Ты про…
— В точку, Коля. Там был хомячок такой прожорливый.
— Это который с калашным рылом в суконный ряд лез?
— Угу. Мне бы во временное пользование десяток таких хомячков, желательно с хорошим запасом кормов.
— Типа, на передержку? — поддержал игру в конспирацию собеседник. — А харя у тебя, Михалыч, от таких кормов не треснет?
— Коля, очень надо. Вспомни, я у тебя что-нибудь когда просил?
— Если не считать те две железнодорожные цистерны с бензином в девяносто девятом…
— Коля, не будь таким мелочным.
— Михалыч, а если я подъеду?
— Лично хомячков привезёшь? Общество любителей домашних животных только одобрит этот благородный поступок.
— Ага, и Ваньку с собой прихвачу.
— Давай! Слабо прямо сегодня прикатить?
— Почему же слабо? — оскорбился собеседник. — Сейчас выезжаем. Водки сколько брать?
— Лучше мыла возьмите, а то с прошлого раза кончилось. Грязно тут у нас.
— Насколько грязно, Михалыч?
— Выше макушки.
— Вот же… мать… Ладно, резиновые сапоги и сменную одежду тоже прихватим.
— Очень надеюсь.
— Жди, скоро будем.
Андрей Михайлович прекрасно понимал, что даже у генералов существует ефрейторский зазор по времени, и не ждал, что старые друзья приедут вот прямо сейчас. Пока соберутся, пока согласуют рабочие вопросы… опять же, без подарка в гости ездить неприлично. Там минута ушла, здесь час пролетел, вот и сутки прочь. Если завтра к вечеру будут, и то верх пунктуальности. А то и послезавтра с утра, потому что рукотворное болото на лесной дороге не так-то просто форсировать даже на полноприводной машине.
Помянув недобрым словом мечтательного бандита, устроившего эту диверсию на подъезде к Любимовке, Самарин забросил в Ниву пару топоров, бензиновую пилу, моток шпагата, и поехал приводить дорогу хоть в какой-нибудь порядок. Ещё утром, вытаскивая лебёдкой застрявший Уазик капитана Тихомирова, приглядел подходящие заросли орешника. Осталось только нарубить веток, навязать фашин, и аккуратными слоями с перевязкой рядов загатить трясину. Проверенный древний способ — пару раз даже Камаз гружёный выдержит. Потом, правда, придётся всё делать заново.
А если посмотреть с другой стороны, то в этом болоте есть свои плюсы. Во-первых, не всякий посторонний человек рискнёт техникой, а во-вторых, и местные дачники будут реже показываться в деревне. До сих пор, кстати, никто из соседей ни разу не появился. Да и чёрт с ними, Андрей Михайлович нисколько не страдал от недостатка общения. А вот мысль о поддержке дороги в состоянии труднопроходимого направления стоило хорошо обдумать.