Юрок поплелся за мной — вдоль стеночки, держась за ту рукой. Дверь в соседскую комнату была распахнута. Взору открывался жуткий бардак и сосед собственной персоной, храпящий на диване. Видно, тоже участвовал в мужицких посиделках, пока его не «развезло от усталости».
Генка сидел за захламленным бутылками и объедками столом, подперев рукой голову и глядя в стену. На мое появление не отреагировал никак. Я еще таким своего аккуратного и практически непьющего друга не видела, даже немного растерялась.
— Ге-э-эн, — позвала.
Реакции не последовало.
— Он в прострации, — нарисовался рядом со мной Юрок, держась за косяк и покачиваясь из стороны в сторону.
— В чем? — на всякий случай уточнила я.
— Личная трагедия ввергла его в странное состояние, близкое к прострации. Не видит, не слышит, не реагирует. Психика, думаю, не затронута и все это временно. Еще пара рюмок…
— Юр, заткнись, — перебила я его словесный понос.
Стоять и смотреть дальше на падение моего друга не собиралась. Первым делом распахнула форточку, впуская в комнату морозный, а главное, свежий воздух. Затем сходила на кухню за мусорными пакетами и принялась все сгребать в них со стола. Юрок крутился рядом и мешал, пока я его не отправила за веником и ведром с водой и не заставила заняться полами.
Через полчаса комната была приведена если не в идеальный порядок, то в относительный точно. А главное, что в ней перестало вонять, как в пивной бочке. И что самое интересное, за все время, что длилась уборка, Генка не поменял позы. Даже не пошевелился и ничего не сказал. Юрка оказался прав — наш друг впал в прострацию.
— Ведем его в ванную, — скомандовала я.
В отличие от Генки, Юрок довольно быстро пришел в себя. Он даже успел умыться и причесаться, от чего стал выглядеть почти по-человечески.
Холодная вода сделала свое дело, и Генка ожил. Да еще и как бурно!
— Оставьте меня в покое! Мне никто не нужен! Никто мне не поможет!.. — и все в таком духе не говорил, а орал наш друг.
Он так орал, что даже привлек внимание пьяного соседа, разбудив того от алкогольной спячки предварительно. Тот ввалился в ванную со словами, что если мы сейчас же не заткнемся, он вызовет полицию. Ой, ну кто бы говорил.
— Мы уходим! — грозно заявила я, после того, как мы вытерли Генку, вывели из ванной и усадили на стул в центре комнаты.
— Куда? — хором поинтересовались мои друзья.
— Ко мне. Будем пить чай и решать Генкину проблему, о которой он мне сначала расскажет. И… я ужасно соскучилась по нашим посиделкам, — с улыбкой закончила.
— Не проблему, а жизненную трагедию, — поправил меня Генка.