— Тане было двенадцать, когда она осталась без матери. Я как старшая, помогала девочкам приспособиться к новой жизни. С тех пор мы дружим. Видели, Ксюша пришла за анализами.
Петелина вернула разговор в нужное русло:
— Лариса, когда вы сблизились с Булатниковым?
— Еще подростком. Без родителей взрослеешь быстро. Березин не приходил к нам, а Булатников бывал часто.
Березин поспешил оправдаться:
— Я обеспечивал прибыль компании и доходы фонда.
— А Леша приносил подарки. Он нравился девчонкам — сильный, взрослый — и я решилась.
— В каком смысле? — уточнила Елена.
— Мы стали жить вместе, но скрывали связь, ведь мне не было шестнадцати, — призналась Лариса.
— Долго это продолжалось?
— Пока я училась в школе. Алексей был скрытным, неразговорчивым, вечно куда-то исчезал. Потом я поступила в институт, у меня появилась студенческая компания. Мы постепенно отдалились.
— У Булатникова есть родственники в Москве?
— Нет, — мотнул головой Березин. — Его родители остались в Душанбе, чтобы продать квартиру. Их из-за этой квартиры и убили.
— А друзья у Булатникова помимо вас есть? У кого он мог бы укрыться.
— Я теперь мало что знаю о его жизни, — первым ответил Березин.
Лариса припомнила:
— У него был друг по Афгану по имени Пашка. Алексей его часто вспоминал, но со мной не знакомил.
— Фамилию друга помните?
— Он из Люберец, фамилию не помню. Они с Лешей вместе служили и с тех пор стали, типа, кровными братьями. Он ради него был готов на всё, даже квартиру свою продал ради Пашки. Тогда мы с Булатниковым и расстались. Я уже повзрослела.
В квартиру позвонили. Лариса поднялась:
— Это ко мне. Я врача вызвала. Муж запретил выходить.
— Она плохо спала, давление подскочило. Вчера упала, ушибы. Анализы сдали, теперь надо, чтобы врач осмотрел.
— Первая беременность, я волнуюсь. Вы меня понимаете. — Лариса положила руку на животик и пошла открывать дверь.
Появилась улыбчивая женщина врач и со всеми поздоровалась. На груди у нее был бейджик с названием «ГлобалДок».
Петелина не понаслышке знала эту медицинскую компанию, специализирующуюся на лабораторной диагностике и оказании медицинских услуг, в том числе для беременных. Главное подразделение клиники находилось рядом с ее работой, и она наблюдалась там во время второй поздней беременности.
Врач и Лариса удалились в спальню.
Березин, оставшись наедине со следователем, неожиданно спросил:
— А почему в банкетном зале вы меня спрашивали про хромоту?
— Взрыв, все-таки. Думала, ранены.
— Я тогда сидел, вы не могли видеть, — заметил Березин.
«Прокололась», — осознала промах следователь, свела разговор к шутке и попрощалась: