Закусываю нижнюю губу до пронзительной боли, нервно почесываю локоть, пару раз зарываюсь в волосы всей пятерней, взлохмачивая их еще больше.
Кажется, они намереваются свести меня с ума.
Я замираю на месте, когда дверная ручка громко дергается, дверь отворяется, а на пороге комнаты появляется Кевин со свойственным ему невозмутимым выражением лица. Сердце пропускает очередной удар, а затем учащенный пульс набирает обороты.
— Мистер Морган хочет видеть тебя.
Прежде чем пойти вслед за Кевином, я громко выдыхаю, пытаясь собраться с мыслями. На кой черт я понадобилась самому Ричарду Моргану?
— Сколько суток прошло со дня правды? — я решаю не терять время, пока мы идем в кабинет президента корпорации.
— Двое суток, — коротко отвечает Кевин, глядя вдаль очередного коридора. — Как рука? Сегодня вечером я сниму бинт и обработаю рану… если, конечно, она не рассосалась.
Отлично, выходит у меня в запасе еще целая ночь, чтобы удостовериться в подлинности перевернутого послания Аарона.
— Я… ничего не ощущаю, — отвечаю я, запинаясь на каждом слове от путающихся мыслей.
Мы заходим в лифт, из которого только что вышли парочка женщин средних лет в привычных белоснежных халатах. Я наблюдаю, как Кевин прикладывает тоненький белый браслет к сенсорной кнопке лифта и спустя секунду кружок вокруг числа тридцать три загорается белым светом.
— Я хотела сказать тебе спасибо, — тихо отзываюсь я, неловко почесывая мочку уха. — Аарон сказал мне, что именно ты настоял на обезболивающем.
— Пустяки, — отмахивается парень, подавляя улыбку, и я в очередной раз убеждаюсь, что он не настолько черствый, каким хочет казаться. — Иногда Диана заходит слишком далеко, утопая в своей жестокости. В эти моменты главное остановить ее, привести в чувство.
— Меня уже несколько недель мучает один вопрос, — через некоторое время признаюсь я. — Почему, когда я была в той палате с прозрачными стенами, ты единственный подал вид, что заметил меня? В то время как все остальные в упор не замечали моего присутствия.
— Я единственный, кто делал ставки, что ты очнешься, — сообщает Кевин неожиданно быстро. — Все остальные были уверены, что после того, как ты провалялась в коме практически неделю, ты не выкарабкаешься. Да еще и с такими жизненными показателями, идущими по нижней границе нормы. Признаться честно, последние пару дней перед твоим пробуждением я уже и сам поверил в то, что ты не жилец.
— Хочешь сказать, пока я лежала без сознания вы никаким образом не оказывали мне помощь?
— Единственное, что мы делали — провели операцию по удалению множества пуль и кормили тебя. Все остальное время мы отслеживали твое состояние и то, как твой организм постепенно выкарабкивается, буквально перешагивая через смерть. Диане было важно отследить момент твоего самостоятельного исцеления.