— Да, — сказала Сесилия. — Вы правы. В книге есть куча всего, что мог бы написать любой, прочитав газеты. — Она наклонилась над столом. — Дело в том, что в книге есть и другие вещи. Вещи, которые мы прессе не рассказывали.
— Например?
— Например, что он с ними делает. На самом деле эта информация конфиденциальна, но… — Она взглянула на Юнаса. Он кивнул, и Сесилия продолжила: — Что он забирает жертв в тоннель. Мы никогда не говорили, что тоннель вообще существует.
Сесилия разглядывала Аннику, наблюдая за реакцией. Анника побледнела и нервно сглотнула.
— Но это же выдумка. Вымысел. Правда?
Сесилия покачала головой.
— К сожалению, нет.
Щеки Анники побелели.
— Можно мне стакан воды?
— Конечно! — Юнас вышел из помещения. Сесилия ждала в тишине, пока он не вернулся с бумажным стаканчиком и поставил его перед Анникой. Она сделала глоток, поперхнулась и закашлялась.
— Понимаете, — продолжила Сесилия. — Мы так и не нашли тел. Ни единой жертвы. Только следы от кого-то, кого утащили вниз в тоннель. Если бы не огромное количество крови, мы бы классифицировали это как похищение, а не убийство.
Глаза Анники расширились. Сесилия продолжила:
— Журналисты об этом не знают. Так откуда знает Апельгрен, если книгу написал он? Кто ему рассказал? Если вы что-то знаете, то нам поможете. Понимаете?
— Я… — начала Анника. Она снова глотнула воду. — Не знаю, что сказать.
— Начните с начала, — сказал Юнас. Он открыл блокнот в твердой обложке и начал писать.
Анника покачала головой.
— Я честно ничего не знаю. Рукопись просто там лежала.
— Что вы имеете в виду — «просто лежала»? Кто-то же должен был ее прислать.
— Не так, как мы их обычно получаем, нет. — Анника повертелась на стуле. — Кто-то положил ее у двери издательства. Ночью, когда там никого не было.
— Кто?
— Апельгрен, конечно. Кто еще?
— Откуда вы знаете?
— Я много лет с ним работала. Я знаю его стиль — больше никто не смог бы так написать.
Юнас поднял глаза от блокнота.
— Так, я не понимаю. Он же мертв?
— Мы признали его умершим, чтобы издать книгу. — Анника опустила глаза и покачала головой. — Это сделала я. Сама отправила заявку. — Она снова покачала головой и хлопнула ладонью по лбу. — Боже, что я наделала?
Сесилия откинулась назад.
— То есть вы хотите сказать, что исчезнувший писатель оставил вам рукопись? Значит, он не может быть мертвым.
Анника шмыгнула носом.
— Мы не знаем.
— Вы понимаете, как звучит то, что вы нам рассказываете?
— Я знаю, как это звучит. Но это правда. Я знаю, что поступила неправильно, но не незаконно. Никто не знает, как мы получили рукопись. Никто не знает, где он, так что он может быть и мертвым.