Детектив Сакс взглянул на меня как на сумасшедшую.
— Джон Эбботт хотел убить свою жену? Вы думаете, я поверю, что вы от этого его лечили?
— Да, его дело у меня в кабинете. Возьмите его с собой, если нужно.
— Вау. Как неожиданно вы запели и готовы раскрыть конфиденциальность клиентов, — он посмотрел на меня с плохо скрываемым отвращением. — Вы могли бы просто рассказать это мне с самого начала. Сберечь полиции и мне кучу времени.
— Они оба были мертвы, — просто сказала я. — Я не знала о подростках. Я думала, он был ревнивым мужем, пытавшимся не навредить своей жене.
— Я не думаю, что доктору Мур стоит продолжать, — вступился Роберт. Как мило, мужчина, пришедший убить меня, теперь защищал мои права.
Сакс помолчал, но я махнула ему:
— Продолжайте.
— И Джон Эбботт никогда ничего не говорил о мальчиках, привязанных к матрасу на чердаке?
Я попыталась не провалиться в кроличью нору психиатрии, но подробности были потрясающими. Осведомленность Брук о преступлениях. Ее потенциальные романтические связи с жертвами. Содержание их в доме.
Я покачала головой в выжидательной тишине:
— Нет. Он никогда об этом не упоминал. Даже не намекал. Я сразу вернулась домой, услышав новости, чтобы просмотреть его записи и проверить, пропустила ли я что-то, но… — я перевела взгляд с одного мужчины на другого. — Я так не думаю. Это были два разных хранилища. Его морально устраивала роль Кровавого Сердца. Подозреваю, он ею наслаждался. Но когда его темные мысли обратились к Брук… это его напугало. Поэтому он пришел ко мне. Я просто не понимала, с чем имею дело, — я сглотнула.
По выражению лица детектива Сакса было ясно, что он думал о моей компетентности. На основе имеющейся информации я постаралась сделать все, что было в моих силах. Да, кое-что утаила, чтобы защитить карьеру. Но так же сделал и Роберт. И, вероятно, в какой-то момент, то же делал и детектив Сакс. Защищать себя — часть человеческой натуры.
— Значит, Джон убил Брук? — спросил Сакс.
— Я почти уверена. Как я сказала, проведите токсикологическое исследование.
— А кто убил Джона?
У Роберта дернулась бровь — настал тот самый момент. Я могла просто рассказать все Саксу. Он был вооружен и мог меня защитить. Арестовать Роберта и забрать его. Это моя гражданская обязанность, не так ли? Вместо этого я изобразила замешательство:
— Мне казалось, вы сказали, что он покончил с собой. Ткнул себя ножом в живот.
— Да… — медленно сказал он. — Но теперь мы знаем больше. Намного больше причин кому-то желать ему смерти, — он оглядел Роберта. — Возьмем, к примеру, мистера Кевина. Ваш сын был шестой жертвой. Я уверен, если бы мы дали нож в руки любому родителю, они бы прикончили его. Вы согласны?