Пока с суши «чистили» Верхний город, от пристаней Нижнего города так же шел приступ цитадели. Сначала выбили алжирцев из оставшихся под их контролем кварталов Нижнего города, примыкавшим к стенам цитадели. Те же штурмовые группы «слоников», не летальная боевая химия в гранатах, и неспешное но неотвратимое давление на мусульман и переход одной за другой усадеб Фахса в руки русских. Как всегда химические гранаты оказались очень эффективным оружием в плотной городской застройки восточного города. Да и европейские города по плотности строений в них не далеко ушли от арабских.
Начавшийся перед самым восходом солнца штурм Алжира, прервала только спустившаяся темнота. К этому времени вся территория города, за исключением цитадели, уже окончательно перешла под контроль морпехов и казаков.
На утро следующего дня штурм возобновился. За ночь уральцы перевезли в город осадную батарею двухпудовых «единорогов», установили на позиции перед стенами цитадели, и как только взошло солнце, осветив своими лучами белоснежные стены и дома Алжира, лишь в нескольких местах с черными кляксами сажи от возникших в прошедший день пожаров, приступили к пролому стен цитадели «особыми» бомбами осадных орудий. Хватило четырех залпов чтобы завалился участок стены перед батареей. Перенос огня на соседние участки и уже через час в периметре стен цитадели зияли широкие бреши, в которые и устремились штурмовые группы и колонны атакующих. К полудню цитадель пала и город Алжир полностью перешёл под контроль русской пехоты и эскадры. После чего, в последующие дни, настал черед ближайших и дальних городских окрестностей по приёму, хотя и не званных, но «дорогих» гостей. Да и действительно дорогих без скобок, судя по вывозимыми последними трофеям из подвергнувшегося посещению «гостей» поселения.
В ходе штурма Алжира погибло большое число горожан и его защитников. В том числе среди убитых оказались бейлербей Рамадан - сардинец, все его халифы и члены Дивана, глава янычарского оджака со всеми своими воинами, большинство раисов и богатых купцов со своими семьями. Что поделаешь, пуля, картечь, ядро или осколки гранат с бомбами не разбирают кто перед ним, воин или мирный горожанин, простолюдин или представитель правящего класса, мужчина или женщина, либо ребенок со стариком. Да и сами воины не всегда могли рассмотреть в пылу сражения кто появился перед ними из дыма, представляющий опасность вооруженный боец, либо мирный житель. Рубили на смерть и стреляли любого, кто мог представить потенциальную угрозу, оставляя за своей спиной только остывающие вражеские труппы.