На протяжении сотен лет саверийцы выживали, несмотря ни на что, и верили, что, когда спустятся злобные крылатые создания, спаситель их защитит. А сейчас люди лишились надежды. Из-за нее.
Она никогда не интересовалась, передавали ли изредка приходившие торговые суда какие-нибудь новости о ее коллегах – или как их именовать – с других островов. Может, не одна она оказалась на тонущем корабле. Вдруг где-нибудь за морем кто-то еще сетовал на неспособность исполнить свой долг. Это бы, конечно, не отменило того факта, что в случае неудачи Алессы все живое на Саверио настигнет смерть. Но, если на других островах дела обстояли куда лучше, выжившие однажды прибудут на Саверио, обнаружат бесплодные берега и пустынные руины, а может, даже сохранившиеся записи, благодаря которым Алессу впишут в историю в виде назидательного сказания:
«Об Алессе, последней Финестре.
Величайшей ошибке Богини».
Она тяжело сглотнула, в горле встал ком.
– А ты веришь, что я… новая разновидность гиотте?
Адрик усмехнулся.
– Я видал, как ты не вылезала из постели, мучаясь из-за спазмов. Гиотте покрепче будут.
– Адрианус Кресенте Паладино, – сквозь зубы процедила Алесса. – Случись спазмы у тебя, ты бы рыдал, как дитя.
Услышав свое полное имя, Адрик сделал вид, будто его вот-вот стошнит.
– Знаю-знаю. Ты божественная воительница, а я бестолковый братец, которого ты оставила в прошлом. Почему тебя волнует, что я думаю? Это ты способна связываться с Богиней. У нее и спрашивай. – Его лицо исказила гримаса горечи.
– Это так не работает. – Она воззрилась на сумеречное небо.
– Ты! – воскликнула женщина в мантии.
Алесса вздрогнула, но кричащая смотрела за спину.
Адрик подтолкнул ее вперед.
– Опусти голову и поторопись.
– Ты ее знаешь?
– Ну конечно, нет. Они все такие напористые.
Финестра нахмурилась. Звучало так, словно женщина обращается к кому-то знакомому. Алесса бросила взгляд через плечо. На нее никто не смотрел. И озлобленная толпа не шла по ее душу. Пока.
– Адрик, что мне делать?
– Докажи им, что они ошибаются. Найди Фонте и сохрани ему жизнь.
– Я пытаюсь!
– Знаю. – Он покосился на нее. – Ты всегда пытаешься.
Чем ближе они подходили к городу, тем ярче становились мерцающие огни.
Алесса опустила голову и перед полусонной стражей у ворот оголила непомеченые запястья. Адрик сердечно пожелал им спокойной ночи и обменялся подобием мужественного рукопожатия.
Убедившись, что вокруг безлюдно, Алесса отперла вход в первый тоннель, и брат с сестрой скользнули внутрь.
– Все еще не верится, что ты не рассказал мне про Айвини.
– Я уже извинился. – Тени от решетки дробили освещенный лунным светом силуэт Адрика. – Запри.