- Нет. - Зачарованно глядя в эти глаза, прошептала она.
- Париж..., скрипка и гармонь..., их песня так прекрасна... я покажу тебе ее... - Мужчина прикрыл веки, забирая у нее успокоение, возвращая страх... но, лишь, на мгновение... - Это будет мой подарок.
Тихая мелодия разлилась в воздухе. Скрипка плакала, вторя ее собственному надрыву, и гармонь протяжно подпевала ей...
Девушку не интересовало, как мужчина сделал это.
Она призывала дьявола - ответил Он. Так о чем можно было размышлять?
Мужчина наклонялся к ней ближе, мягко касаясь ее кожи своей, и Сирина знала, что он подарит ей успокоение.
Губы... он целовал ее шею, вызывая легкую боль...
Танец... танго...
...два тела, сплетенные в страсти, ... слитые в танце...
Сирина вздрогнула от того, что увидела под своими, сомкнутыми веками..., не тьму, о которой молила...
Страсть...
Она не хотела этого... Она испугалась...
Мужчина отступил на шаг, но так и не выпустил ее руки. Тьма удивилась в его глазах.
- Это может быть забавно. - Чуть насмешливо проговорил он, всматриваясь в ее лицо.
- Нет, - едва слышно прошептала девушка. - Не надо. Отпусти.- Прерывистый всхлип прорвался сквозь покой его воли, окутавший ее. - Я хочу смерти...
- Зачем торопиться? Мы можем получить все. - Черная бровь приподнялась, иронично вопрошая.
- Нет... ты обещал...
- Я ничего не обещал тебе, малыш. Здесь я решаю. - Мужчина наклонился назад, приближая свое лицо к ее шее. Его губы коснулись ее уха, рождая неправильную, предательскую дрожь. Она не могла, не должна была чувствовать такого. Не тогда, когда ее родители только что умерли. Сирина хотела смерти. - Я отпущу тебя сейчас, малыш. Но, выбор уже сделан. И, когда, еще раз, позовешь - ты будешь ведомой.
Губы скользнули по шее, лаская ее кожу. Он склонился в насмешливом поклоне, целуя раскрытую ладонь.
- Теперь, ты - моя. И я решаю.
Мужчина ушел, растворился в ночи, оставляя лишь музыку с надрывом и темно-алый след на линиях жизни ее ладони, поверх которого, ложились снежинки...
***
Она так и не смогла снять кулон. Более того, сейчас, рассматривая цепочку в зеркале, при дневном свете, Сирина, даже, не смогла обнаружить застежку.
Наверное, Михаэль просто сомкнул звенья.
Надо было бы порвать ее. Да, только, силы не хватало, а воспользоваться каким-либо подручным средством - не выходило, в силу отсутствия этого самого, средства.
Вздохнув, девушка махнула рукой на злосчастное украшение и, решилась выйти из комнаты. Михаэля рядом не было, и это радовало.
Когда этот мужчина..., этот вампир, оказывался вдалеке от нее, мозг, или какое-то его подобие, возвращался к Сирине.